Обратная сторона измены (СИ)

Денис проснулся ночью, от дикого ощущения наполненности. Его сердце выпрыгивало из груди, любовь душила, но не так как раньше, нежнее, сильнее, настойчивей. Она будто наполнял его и толкала… гнала прочь из города к ней… к его Виктории.

Денис не понимал почему, зачем, но тем же утром он стал пробивать в каком городе Виктория. Потребность увидеть ее была нечеловеческой. И он подчинился порыву. Узнал город и вылетел к ней.

Каково же было его удивление, когда он обнаружил возлюбленную в роддоме. Их дочь позвала его, вернула к жизни.

У Дениса не было ни одного сомнения — это его дочь. Его Агата. Его маленькое чудо. И она позвала его. Он успел именно к ее рождению.

Теперь Денис знал ради кого будет жить.

И пусть Виктория его прогоняет, пусть она ушла в другую жизнь, пусть у нее будут другие мужчины, но есть нечто, что навсегда связало их. И эта связь неразрывна.

Возлюбленная и сама металась.

Он много раз пытался поговорить откровенно. Ничего не выходило. Помимо их связи был еще и барьер, который Денис не способен был преодолеть.

Все эти годы, он пытался противостоять отцу, его козням, но лишь только глубже увязал в умело сплетенной паутине.

Отец требовал от него постоянной демонстрации их «счастливой» жизни. Угрожал, давил, пытаясь полностью подмять под себя его личность. А с появлением Агаты у его отца появился еще один существенный рычаг воздействия.

Зачем ему этот цирк? Поему Ольга? Долгие года Денис не мог найти ответов.

Супруга неустанно играла роль любящей супруги. Именно играла, искренностью от нее ни грамма не пахло. Если в начале их совместной жизни Денис надеялся, что сможет сделать из нее союзницу. Полагал, что она такая же жертва обстоятельств, то со временем убедился — она в курсе если не всего, то многого.

Напрямую жена ему никогда ничего подобного не говорила. А вот намеки, действия, поведение, все говорило о ее осведомленности."

"— Денис, на нас смотрят, где твоя улыбка? Покажи, как ты меня любишь. Не хмурься, а то твой папа рассердится. А ты знаешь, что он может сделать в ярости, — не раз шептала ему на ухо.

— Что? — прашивал он, пытаясь разглядеть что-то в ее стеклянных глазах.