Хозяйка лесопилки, или Забытая жена

Это первые молодые древлянки, кого я увидела, и я платила им тем же с любопытством, пристально рассматривая. У всех троих длинные косы с яркими лентами, на лбу у одной повязка, у другой ободок на голове, как коронка или низкий такой кокошник. У третьей на висках висят мелкие помпончики и такие же помпоны на завязках платья. Длинные платья, без всякой вышивки или узора. Ткань грубовата. Девушки с жадностью меня рассматривали и фыркали. Особенно сильно они стали фыркать, когда увидели Раниму и Артая. Решила на них внимание не обращать и доброжелательно посмотрела на Ниссу.

— Я решила проведать вас, — сказала Нисса, — и подруг привела с дочерями, ты девушка молодая нужно общаться со своими сверстницами. А кто это у тебя? — Нисса удивлённо посмотрела на Раниму, — никак недовертыша нашего пригрела?

— Ранима хорошая помощница, — я предостерегающе посмотрела на женщину, и она кивнула.

— Ну это, конечно, как мать пропала, ей пришлось самой себя растить, родни не осталось, все должна уметь.

Ранима не вылезала из штанов, так ей нравилось больше, я чередовала платья и штаны. Артай у нас был в простых вещах, само сшитых, но из дорогой бежевой ткани, которая отсвечивала на солнце выбитыми серебристыми узорами. Штанишки и рубашечки ему очень шли.

— Пока мне помощницы не нужны, — не стала рубить с плеча, и вообще отказываться, — сама знаешь, лесопилка не работает мне нечем платить.

— Ох беда, — Нисса выразительно посмотрела на меня надеясь, что я их впущу внутрь, — мы как раз насчет этого еще побеседовать хотели, да гостинцев принесли, — женщина знала, на какую мозоль мне давить и откинула с корзинки белое полотенчико, показывая темные колбасные бока и румяные бочки пирожков.

— Ну раз пришли, проходите, почаевничаем.

— Чего? — удивилась Нисса

— Травы как раз заварила новые, взвар попьем, — перевела я ей и открыла калитку, впуская гостей.

Ранима, взяв за руку Артая, пошла вперед и захлопотала на кухне, показывая всем, что не зря тут живет, а драконенок поняв, что пока мы никуда не идем, вернулся к своим рукописям. Сундуку я приказала не двигаться, не стоит пугать древлянок.