Хозяйка лесопилки, или Забытая жена

И замерла, не в силах оторвать взгляд от красоты. Кусок древесины стал сундуком. Самым обыкновенным, с красивыми цветочками побоку.

— Нечего себе! — выдохнула я.

— Можно подойти? — Ранима изнывала от нетерпения.

— Да, подходите, — сказала я, поднимая крышку и заглядывая внутрь. Пахнет свежеструганной древесиной и лаком, хотя вся эта красота — продукт магии.

— Ого, у тебя с первого раза получилось что-то необыкновенное, — Ранима тоже сунула нос внутрь, рядом странно напряженно застыл Артай и посмотрел на меня большими синими глазами.

— Ох, прости дорогой, — я прижала к себе драконенка, — Я как-то не подумала, что тебе будет страшно из-за сундука, — потом повернулась к Раниме, — я его в похожем ящике нашла. Тебе страшно?

Но Артай покачал головой и осторожно потрогал, и даже бесстрашно смотря на Раниму, заглянул внутрь.

— Делай печать, — сказала Ранима и порывшись в ящиках под стеллажами, вытащила кожаный свёрток с инструментами.

Целый час я с высунутым языком, так легче работать, ковыряла внутри сундука рисунок с запястья.

Хорошо хоть он был простым, кружок и отходящие от него лучики, и еще один кружок. Похоже на водяное колесо от лесопилки. Вспоминала отца, который учил правильно держать нож и показывал, под каким углом какой срез делать. Получилось скажу я вам так себе, но я была собой горда. Первая работа, да с печатью. Встала и потерла спину, неудобно так стоять над изделием нужно придумать какое-то место для работы.

— Фух, готово! — сообщила уже зевающим домочадцам.

— Теперь печать нужно оживить, — сказала Ранима, — и спать пойдемте.

— Ага, — кивнула, — А как?

Ранима подумала и покачала головой:

— Не знаю, Орсо просто трогал печать, и она становилась золотой, как настоящая печать на древних вещах.

Я хмыкнула и положила руку на вырезанный круг, призвала свою силу хранительницы и влила ее в печать. Убрала руку и удивленно переглянулась с Ранимой. Печать не стала золотой, она стала зеленой, светящейся, очень красивой и необычной, и казалось, что над ней, дымок вьётся изумрудный.

— Ты и правда хранительница, — Ранима явно спать перехотела.

— Почему ты так решила? — спросила я, хотя уже сама догадалась, но девушка не успела ответить. Сундук дрогнул. Мы отшатнулись. Артай вцепился в мою руку. А сундук на этом не остановился. Крышка с громким хлопком закрылась, обдавая нас мелкой стружкой. А сам он заворочался из стороны в сторону, словно ему что-то мешало.