Опальная жена. Пекарня на краю севера

– Я спрашиваю, что здесь происходит? – повторила, делая шаг вперёд.

Толстяк выпрямился, пытаясь казаться внушительнее.

– Всё по закону, госпожа. Эта старуха уже третий месяц не платит за дом. Я человек терпеливый, но всему есть предел!

– Её сын… пропал – попыталась объяснить служанка. – Она не в себе после этого.

Я сказала, что её сына больше нет. Но бедная женщина всё равно считает, что Лудде пропал? Видимо, она построила стену отрицания вокруг своего сердца, непроницаемую, как крепостной вал – ни слёзы, ни мои слова, ни даже время не способны её разрушить.

– А мне какое дело? – хмыкнул мужчина. – Закон есть закон!

В глазах матери Лудде застыло безысходное отчаяние.

– Сколько она вам должна? – спросила я, чувствуя, как сжимается сердце.

Мужчина прищурился, а на уголках губ появилась гаденькая ухмылочка.

– Восемнадцать серебряных, госпожа.

– Восемнадцать? – возмутилась девушка. – Вы же говорили двенадцать!

– Проценты, милочка, проценты, – пояснил толстяк, продолжая улыбаться. – Плюс моральный ущерб за ожидание.

"Вот же гадёныш! Увидев перед собой сердобольного, готового помочь человека, он просто воспользовался ситуацией и завысил сумму.

Заглянула в мешочек. Медь, проблеск холодного серебра, даже пара золотых монет затерялась.

– Было двенадцать? – я подняла взгляд на толстяка, мысленно пересчитывая сумму. – За три месяца? Значит, за месяц четыре серебряных, без процентов и… – я невольно скривилась, – вашего так называемого “ущерба”?

– Точно так, госпожа, – подтвердил он.

– Вот, здесь долг и ещё дополнительная плата за три месяца вперёд.

Скрепя сердце, я высыпала монеты в его протянутую ладонь.

С каждым металлическим звоном, с каждой упавшей монетой частица моей свободы и надежд улетучивалась. Почти половина всех денег…

– Мне нужна расписка, – твёрдо заявила я, заметив, как жадно блеснули глаза мужчины. – Расписка о том, что аренда внезапно не подорожает!

– Но… Госпожа, так дела не ведутся, – запротестовал мужчина, сжав в кулаке деньги.

Я хотела было предложить дополнительную плату, но, поразмыслив, решила зайти с другой стороны.

– Иначе я всё расскажу своему мужу! Вы ведь знаете моего мужа? Виктор Артейр! Благородный воин и господин! Посмотрим, как генерал отреагирует на то, что вы выгоняете на мороз беззащитную женщину!

Благородный воин и господин?! Господи, что я несу!

Для пущей убедительности я деловито упёрла руки в бока, втайне холодея от страха, что мужик раскусит мой неуклюжий фарс.