Опальная жена. Пекарня на краю севера

– И как ты выкрутился?

Я скрестила руки на груди. Ответ не требовался. Все пазлы сложились в одну невероятную картину."

"– Виктор, – буркнул Март. – Он выплатил весь долг. А ещё… по-свойски объяснил этим ребятам, чтобы ко мне больше ни по какому поводу не подходили. Никогда.

Март неуверенно усмехнулся.

– Я благодарен ему. Правда. Виктор ведь и мне вправил мозги. А после… после придумал всю эту историю с дровами, чтобы не волновать вас.

Я закрыла глаза, провела ладонью по лбу, и тихо, сдавленно выругалась.

Упрямый, несносный, самоуверенный дракон! Это всё он…

– Пекарню тоже Виктор купил? – выдавила я.

Март нехотя кивнул.

– Ещё оставил денег. На обустройство. Про запас.

– Чёрт!

Я резко стянула с себя фартук и швырнула его на ближайший стул. Не думая, на автомате, направилась на кухню, где на вешалке у двери висело моё пальто.

“Вот я ему устрою! Он у меня получит по полной! Думает, может вот так, исподтишка…” – бубнила про себя, с силой засовывая руки в рукава.

Мысли путались, сердце колотилось где-то в горле.

– Ты куда? – взволнованно, почти испуганно спросила Терес.

– Мне нужно… срочно уехать. По одному делу, – стараясь говорить ровно, ответила я, поправляя воротник. – Надеюсь, вы справитесь здесь без меня?

– Погоди! – Терес внезапно схватила меня за рукав, и только сейчас я заметила, что она была такой бледной, будто только, что столкнулась с призраком.

– Что случилось?

– Посмотри, – женщина судорожным движением достала свёрнутую газету. Свежую, сегодняшнюю, хрустящую. – Это ведь… это же ты? Твоё имя?! – палец ткнул в одну из строчек в нижней части первой полосы.

Я взяла газету. Взгляд скользнул по указанной строке, и мир вдруг замер, звуки ушли в никуда.

– Драконорожденный. Граф. Виктор Артейр… – медленно, по слогам, прочитала я. – Обвиняется в убийстве своей жены?

Какого… чёрта?

Начинать с чистого листа – задача не из лёгких.

Мы переглянулись.

– Может, опечатка? – предположил Март.

Я снова погрузилась в чтение, перебирая строчку за строчкой. Нет. Ни единой ошибки, ни малейшего намёка на случайность. Имя отца, моя девичья фамилия. Обстоятельства свадьбы… нет, не свадьбы, а того кошмара, что случился после.