Хороший ректор — мертвый ректор

Есть ли у меня шанс быть с тобой после того, как столько всего узнала обо мне? — ему не терпелось узнать мое решение, но его у меня пока не было.

— Мне нужно время, Ингрэм, чтобы все хорошо обдумать, — еле слышно произнесла.

— Я буду ждать столько, сколько нужно, — произнес он, вставая из-за стола.

Я чувствовала на себе его пристальный взгляд, но так и не посмотрела на него, продолжая сидеть, опустив голову. И вскоре Ингрэм ушел. Стоило ему закрыть за собой дверь, как я почувствовала себя несчастной, не смогла сдержаться, и по моим щекам одна за другой полились слезы, а затем разрыдалась в голос.

Наверное, Берта услышала мои завывания, так как не прошло и пяти минут после ухода адепта, как она появилась в комнате.

— Эми, что случилось? — взволнованно спросила подруга, в то время как я вытирала слезы.

— Ничего, — отмахнулась от ее вопроса.

— Тебя Ингрэм обидел? На него это совсем не похоже. Это ведь он приходил к тебе? — недоумевая произнесла она, на что я утвердительно закивала.

— Ты знала, что Ингрэм инициированный некромант? — пристально на нее посмотрела.

— Это кто тебе еще такую чушь сказал? Неужто он сам? — она присела на стул, я снова закивала. — И чего ревешь?

— Он прекрасно знал, как я отношусь к некромантам и скрыл от меня этот факт. Получается он тоже меня обманул, как и Говард, — уже со злостью проговорила я.

— Ну тут ты уже однозначно перегнула палку, сравняв их под одну гребенку, — возмутилась подруга.

— А в чем я ее перегнула? Я еще помню как-то спросила у него в парке, какая буря его занесла на этот факультет? Что он вроде нормальный по сравнению с другими нашими одногруппниками.

— Ага. И он тут же должен был тебе признаться в том, что некромант. Ты сама своей фразой заставила его замолчать и по сути обозвала самым ненормальным не только в группе, но и во всей академии.

— Мог хотя бы намекнуть, кто он, — возразила ей.

— Эми, Ингрэм часом признался в том, что ты ему нравишься? — она смутила меня своим вопросом.

— Да, — отозвалась я, покраснев в очередной раз.

— Тогда все понятно, — сделала она какой-то для себя вывод.

— Что тебе понятно? — я не могла больше сидеть на одном месте и принялась мерить комнату шагами.

— Подумай сама. Зачем ему, вообще, нужно было бы сознаваться тебе, если бы ты была ему безразлична, и он не чувствовал бы взаимной симпатии? Эми, я не вижу в этом никакой проблемы. — Красивый, умный, сильный, заботливый.