Хорошая девочка должна умереть

Глава тридцать восьмая

— Привет, вот так сюрприз! Что ты здесь делаешь, мучача?

В следующий миг улыбка сползла с лица Кары: она полностью открыла дверь, и свет из коридора попал Пиппе в глаза.

Кара сразу поняла: случилось неладное. Пиппа знала, что так и будет. Кара не просто подруга, она скорее сестра. В глазах Пиппы наверняка отразились события этого долгого ужасного дня, и Кара, разумеется, это заметила.

И все же она никогда не узнает, в чем дело. Никогда. И другие — тоже. Ради их собственного блага.

— Что случилось? — спросила Кара, на октаву понизив голос.

У Пиппы задрожала нижняя губа.

— Я-а, м-м-м… — начала она.

Ужасно хотелось рассказать обо всем Каре — но нельзя: ради ее собственной безопасности. Надо уберечь ее: в первую очередь от самой Пиппы, которая разрывалась на части между прежней, нормальной жизнью и тем, что от нее осталось.

— Мне нужна твоя помощь. Ты не обязана соглашаться, можешь просто сказать, чтобы я уходила, но…

— Конечно же, ты можешь на меня рассчитывать! — перебила Кара, взяла ее за плечи и потянула за собой в квартиру.

Они остановились в коридоре. Взгляд у Кары стал серьезным как никогда.

— Что случилось? — спросила она. — С Рави какая-то беда?

Пиппа покачала головой и шмыгнула носом.

— Нет, Рави совершенно ни при чем.

— Тогда с родными?

— Нет, нет… у них тоже все хорошо, — сказала Пиппа. — Просто… мне нужно попросить тебя об одной услуге. Причем ты не должна интересоваться причиной. Никогда: ни сейчас, ни после.

Шум телевизора затих, и из комнаты донеслись шаги. Вот черт… Неужели в гостях Стеф? Только ее не хватало. Посторонних вовлекать нельзя — лишь тех, кто искал бы Пиппу, если бы она пропала.

В коридор, махнув рукой, вышла Наоми.

Пиппа не думала, что она здесь будет, и не включала ее в свои планы. Впрочем, так, наверное, даже лучше. Наоми — одна из них, она тоже втянута в давний порочный круг. Кара — все равно что сестра, и Наоми, получается, тоже. Тем более выхода нет: придется вписать в план нового персонажа.

Кара не заметила появления сестры.

— Что за ерунду ты несешь? — резко спросила она.

— Я же говорю: не могу сказать. Не имею права.

Их прервала не Наоми, а визгливый восьмибитный рингтон, донесшийся из кармана Пиппы.

Кара изумленно вытаращила глаза.

— Прости, надо ответить, — сказала Пиппа, доставая мобильник.

Она повернулась к Каре спиной и поднесла аппарат к уху.

— Да.

— Привет, это я, — раздался голос Коннора.