Хмельная страсть

Да, в этой жизни, быть может, это и есть самым главным. Знать, что ты не один, и что есть те самые плечи, которые тебя прикроют, если понадобиться. Потому Катя и осталась у меня, - был бы у нее хоть ктото такой, как мои друзья, все было бы легче. Только теперь понимаю, что дружба, наверное, на самом деле самое ценное из всего, что только можно обрести. Особенно, если ради тебя готовы с тобой же и драться!

- Глеб, ты пойми, - Андрей тоже расслабляется и начинает топтаться, теребя челку. – Даже если ты где-то очень некисло накосячил, и будь даже миллиард раз неправ, мы все равно с тобой! Что бы там не вышло, понимаешь ты меня?

- Спасибо, друг, - ничего не могу поделать, просто расплываюсь в счастливой улыбке, как самая настоящая барышня.

– Просто дай мне возможность справится самому. Хочется понять, чего я на самом деле стою.

- Ну, раз так… - в его глазах наконец-то мелькает понимание. – Просто помни, - мы рядом.

- Помню, - я крепко пожимаю его твердую руку. – Спасибо.

- И я буду тебе звонить.

Имей в виду.

- Хорошо, мамочка, - я уже смеюсь, похлопывая Адрюху по плечу. – Буду отвечать с первого губка, чтобы ты там все яйца себе не высидел.

- И только попробуй не ответить! – он снова вскидывается. – Из-под земли найду!

Ну, по крайней мере, на ближайшее будущее, которое состоит из лекций, я свободен от его пристального взгляда.

Глава 22

* * *

- Вот такие, в общем, дела, Юлий Соломонович, - адвокат, которого порекомендовали Нобин с Забарским оказался сухеньким седым старичком с картинной бородкой и очками в золотой оправе.

Зато довольно резвым. Пока я рассказывал, откинувшись в глубокое кожаное кресло в его кабинете, обвешанном картинами и устеленным мягким ковром, Юлий Соломонович Пирс расхаживал по кабинету, не перебивая и только потирая руки. Классический костюм с жилеткой и круглыми золотыми часами на цепочке дополнял образ киношного адвоката. Но в основном я чувствовал подъем, который давала надежда от этой встречи.

- Очень слабые дела ваши, молодой человек, - Пирс наконец уселся на массивный стул за просто огромным дубовым столом.

– Очень слабые."

"Чувствуя, что сдуваюсь, как проколотый воздушный шарик, я опустил голову. Его же рекомендовали, как лучшего специалиста! Просто волшебника, как я понял после сегодняшнего разговора с Забарским. Если и он не сможет ничего сделать, значит, шансов нет вообще!

- Гарин хороший следак , и сказал вам все правильно, - вздохнул Пирс, устало снимая очки и потирая переносицу.