Новогодний Дозор

"

"– Ну, а теперь – о нас, об эр-восемьдесят, – наконец-то добрался до сути Терентьев. – Мы – эксперты по крушениям кораблей. Когда техника чужих внезапно перестает работать и корабль гибнет, наша задача – осмотреть все, что от корабля осталось, если там вообще что-нибудь осталось, и установить причину крушения. Вот так-то, братец-шуруп. Причем на месте крушения мы обычно появляемся как бы случайно – мы же по документам интенданты, не забыл? И изучаем все втихаря, без помпы и фанфар, а наоборот, в личинах презренных шурупов, тыловых крыс, жиреющих по продуктовым складам, пока тут у них люди гибнут.

Терентьев сердито воткнул вилку в остатки бризоли и мрачно отправил последний кусочек в рот. Видать, подобные наезды со стороны флотских действительно не были редкостью и достали беднягу Терентьева по самое не могу.

– Впрочем, кожу ты таки отрастишь, причем быстро, это я тоже гарантирую, – пробубнил он, по-прежнему жуя.

– Почему вы в этом уверены? – спросил Виталий чуточку виновато.

Он вспомнил, как сам еще сегодня думал о капитане-шурупе, и ему стало стыдно, хотя он не мог знать кто этот шуруп на самом деле и чем занимается.

– Тебя придирчиво отбирали, в том числе и по психологическому типу. Вас вообще вели со второго курса, шестерых из всего потока подходящих. Выбрали тебя.

– Оказался лучше прочих? – поинтересовался Виталий без особых угрызений совести.

– Ну, в общем, да. Пилот ты неплохой, но не супер. Инженер получше, но тоже пока не предел мечтаний. А вот по сумме ты пятерку однокашников своих заметно обскакал. Собственно, решение было принято еще в прошлом году, вопрос оставался только в том, доучишься ты или нет. Молодец, доучился.

Виталий помолчал, прикидывая – стоит поинтересоваться, кто входил в отвергнутую пятерку, или не стоит.

Самое смешное, что Терентьев в это время размышлял в точности о том же – спросит стажер об остальных пятерых кандидатах в R-80 или не спросит. По идее, не должен был спросить.

Виталий не спросил и, сам того не зная, заработал еще один плюсик в формирующееся личное дело. Спросил он несколько о другом, но этот вопрос Терентьев как раз и сам собирался особо осветить.