Новогодний Дозор

 – Там папа, мама, брат…

– Ты мне надоел!!! – закричал Горлонос. – Хочешь домой – ладно! Я отведу тебя домой! Ты сам напросился!

– Правда? – Пашка недоверчиво поднял глаза на доктора.

– Правда, – Горлонос прищурился. – Но тебе это не понравится!

Он схватил Пашку за руку и потащил к лестнице. Там, на площадке второго пролета, он с силой толкнул какую-то неприметную дверцу.

– Сейчас ты увидишь, куда ты так стремишься, – зловеще прошептал он.

Пашка вдруг понял, что они оба находятся в лифте – самом обычном, с коричневыми пластиковыми стенами, исцарапанными надписями, оклеенными какими-то объявлениями…

И тут его словно иглой прошило – от макушки и до пят.

Это был лифт его дома! Все эти надписи, царапины, обрывки бумажек и пятна клея он видел уже тысячи раз, уходя из дома или возвращаясь.

Их ни с чем нельзя было перепутать. Пашка был в собственном лифте…

Кабинка остановилась, распахнулись двери.

– Сейчас ты побываешь дома, – ехидно проговорил Горлонос, и от его голоса вдруг стало не по себе.

Пашка оказался на собственной лестничной площадке, легко узнаваемой, такой же, как всегда. Только лампочки не горели – тусклый красноватый свет сочился из маленького окошка на лестнице.

Вот и дверь квартиры – такая же, как обычно…

У Пашки бешено заколотилось сердце…

Горлонос толкнул дверь – она спокойно распахнулась.

– Иди домой, мальчик, – вкрадчиво сказал он.

Пашка на ватных ногах прошел в темную прихожую, и сразу понял – что-то не так. Не было привычного домашнего запаха. Пахло только плесенью.

Он прошел дальше, толкнул дверь большой комнаты…

В следующую секунду его сердце чуть не разорвалось…

Дом выглядел так, словно его покинули много-много лет назад. Мебель превратилась в кучи мусора и гнилого тряпья, со стен свисали клоки истлевших обоев, потолок почернел и растрескался.

Пашка сделал шаг – и из-под его ног бросилось врассыпную целое полчище мелких черных тараканов. Было даже слышно, как они отчаянно скребут лапками по ветхому скрипучему полу.

Мальчик подошел к окну, в котором не было стекол, выглянул.

Увы, улица за окном выглядела не лучше, чем его квартира.