Новогодний Дозор

Не зря говаривал классик: «Я бы никак не мог представить себе: что страшного и мучительного в том, что я во все десять лет каторги ни разу, ни одной минуты не буду один?» Каторжанин… Все мы теперь каторжане. Ни секунды себе не принадлежим, ни мгновения! Интересно, помнит ли кто-нибудь первоначальное значение слов «позор», «позорище»? Пребывание на виду у всех. Мудры были предки. Знали, чего бояться…

Хотя и потомки тоже мудры. По-своему. Если тебя никто не видит, приходится взнуздывать себя самому, а это, поверьте, занятие мучительное.

Но я-то динозавр! Для меня это пытка – постоянно держать круговую оборону, не расслабляясь ни на миг. Странно, ей-богу… Никогда не бываю один – и вою от одиночества. Зато всю правду обо всех знаю… Ненавижу правду! Из-за нее я лишился работы, из-за нее расстался с Марковной, из-за нее обитаю в обшарпанной однокомнатке…

Что он там зачитывал перед тем, как вывалиться в окно? Что-то насчет слюны… Бумажной Библии в доме нет, впрочем, с электронным ее вариантом даже удобнее.

«Опротивела мне жизнь. Не вечно жить мне. Отступи от меня, ибо дни мои суета. Что такое человек, что Ты столько ценишь его и обращаешь на него внимание Твое, посещаешь его каждое утро, каждое мгновение испытываешь его?»

Ах, самоубийца, самоубийца, глаза твои суицижие, как же ты разворошил давнюю мою тоску…

В руке у меня непочатая рюмка водки.

Будьте вы прокляты, придумавшие эту хренотень, и вы, позволившие продавать ее на каждом углу…

Встаю, подхожу к подоконнику, гляжу вниз. Нет, ну с девятого этажа чего не прыгнуть? А у меня-то второй. Скорее искалечишься, чем убьешься…

Возвращаюсь, наливаю третью.

* * *Выпить ее мне, правда, не удается. Кто-то истерически трезвонит в дверь. Потом начинает стучать кулаком.

Поспешно встаю, открываю. Соседка слева. Мечта Бальзака. Ни слова не промолвив, толкает меня на косяк и устремляется в мое логово.

– Где?! – в ярости вопрошает она, неистово озираясь по углам.

– Кто?

– Он еще спрашивает! – Ее трясет от бешенства. – Вы что творите? Вы думаете, вам и это с рук сойдет?

Тут только я замечаю, что монитор мертв. По темному экрану бегут редкие искорки. Бросаюсь к клавиатуре, пытаюсь воскресить. Бесполезно.