Новогодний Дозор

Ветер так силен, что тяжелая парча летит по нему, словно шелк. Смоляные кудри Девы развеваются, дико сверкают ее глаза. Она поет Сон Жизни, но нельзя различить звуки женского голоса – лишь голоса скал и туч, ветра и океана.

Огромный дракон мчится на зов Девы. Чешуя его цвета запекшейся крови, крылья свинцово блестят, а глаза изумрудные. Подлетев, он прижимается к скале, цепляясь за нее стальными когтями, и Дева ступает ему на темя. Дракон поднимает ее и уносит. Она стоит на его голове недвижимо, будто вросла в нее.

Издалека она кажется огромным рубином в его короне.

Навстречу им сквозь смерчи и грозы стремится другой дракон. Тот, второй – светло-золотого цвета и блещет как солнце. У него нет крыльев. В воздухе его держат мудрость и волшебство. Он похож не на ящера, а на угря. На его гибкой шее сидит хозяйка.

Вторая Дева одета в тончайший шелк, но под ветром он неподвижен, словно тяжелая парча. Глаза Девы раскосы и непроницаемо-темны, как камни-гематиты. Узкое лицо излучает глубокий покой.

Волосы ее собраны в тугую прическу и пронизаны золотыми шпильками. На кончиках шпилек сидят бабочки.

Разбиваются смерчи о цитадель тишины.

Тучи становятся легкими облаками.

3Белое утро рассветает над городом. Серебряный колокольный звон плывет над домами. Принарядившиеся горожане стекаются с улиц к распахнутым дверям храмов. Лореаса идет, улыбаясь, голубая почетная лента перекинута через ее плечо. Иные встречные радостно приветствуют ее, и она отвечает поклоном; иные же торопятся отвести взгляд или даже перейти на другую сторону улицы, и этих Лореаса не замечает.

Дочери-близнецы поглядывают на них свысока или вполголоса мурлычут насмешки друг другу на ухо. «Это неважно, – думает Лореаса, – это нестрашно». Королевский Лесничий и сам – не тот человек, который понятен и близок каждому. От того, что он обзавелся колдовской родней, репутация его не пострадала. Скорее наоборот: в последние годы Кодор пользуется все большим почтением.

И все же многие избегают некромантисс.

Сейчас Кодора и Геллены нет рядом. Отец проводил Геллену в храм немного раньше, чтобы она могла подготовиться. Сегодня Гелле поет в храмовом хоре. Лореаса представляет себе, как красавица Гелле станет славить Деву Сновидений, и цветные лучи, падающие сквозь витраж, окрасят ее белое платье в сказочные цвета. Она улыбается. Давно Лореаса даже в мыслях перестала называть Гелле падчерицей, она почти забыла, что Кодор был женат прежде.