Новогодний Дозор

"

"Но даже Богиня не могла убить любовь, так как сама была ею. Она лишь извлекла ее из сердца Девы и поместила ее в замкнутое пространство. Вместе с ней Богиня извлекла горе, отчаяние, ужас и смертную вину – все страдание, которое причинила Деве любовь.

Это страдание превратилось в непроницаемые Стены Кошмара.

Тот, кто прикасался к ним, немедленно пробуждался в смерть – но не уходил в Явь, а оставался на перепутье между мирами.

Так возникла Страна мертвых. Хотя вернее было бы назвать ее Страной тоскующих призраков.

Обычные умершие мирно продолжают свой путь в Явь, – а вокруг Стен Кошмара пролегли мрачные бессветные области, откуда не было спасения и где несчастные медленно превращались в злых духов.

Чтобы обезопасить живых, Дева вырастила необъятный Королевский Лес. Она погребла свою любовь в ее ужасном гробу в самом сердце Леса, в торфе непроходимой топи.

С незапамятных времен обязанность Королевских Лесничих – следить за Лесом, убивать воплотившиеся кошмары и зверей, зараженных злом. Бесплотные же кошмары, зловонные выдохи черной топи, развеивают некромантиссы.

Но болезненный, искаженный росток Яви не увянет в глубине залесных болот. Он вечен, потому что он сродни источнику всего сущего. Он как родник мертвой воды. Он навевает спящим страшные сны и рождает среди людей ведьм…

Медленно, медленно затихает мелодия Сна Сказок.

Лореаса откидывается на спинку кресла и закрывает глаза. Она чувствует глубокий, всеобъемлющий покой, тело ее расслаблено, но когда она пытается взяться за спицы, то находит, что пальцы у нее дрожат.

Это понятно. Ей пора в постель. Сегодня она больше не сможет даже вязать.

Она дремлет, пока семья ее пробуждается от очарования Сна. Слышно, как завороженно ахает Геллена, как изумленно покряхтывает Кодор. «Как это страшно грустно», – говорит Лореана, и Лореада отзывается: «Как это страшно».

Сейчас они начнут задавать вопросы. Это будут простые вопросы, на них можно ответить. Но сил у Лореасы уже нет. Ей хочется подремать еще хотя бы несколько секунд, но пора подниматься и всех отсылать в постель…

Лореаса встает.

Поначалу она даже не может заставить себя открыть глаза. Но голос ее тверд и решимость непреклонна, когда она говорит:

– Все, дорогие мои. Нам пора спать.

– Но мама…

– Мама Лореаса, а кого Дева…

– Но почему Величайшая Любовь…

– Нет, нет, нет! – строго повторяет она. Сейчас она готова даже прикрикнуть на непослушных дочерей. – Пора спать.

На помощь приходит Кодор.

– Достаточно, милые, – говорит он.