Новогодний Дозор

Мы не всегда умели следовать твоим советам, но это уже не твоя вина. Городское собрание решило, что преподнесет тебе ленту почетной горожанки, если ты согласишься покинуть лес.

Лореаса выгибает бровь.

– Это ты придумал?

Кодор весело смеется. На его лице становится заметен след от раны, нанесенной вражеским мечом: старый шрам. Двух зубов у него не хватает, хотя остальные крепки, как у молодого.

– Я не настаивал, но они согласились.

Покачав головой, Лореаса замечает:

– Они думают, что я буду оберегать город, живя в нем.

Пожалуй, они правы. Но у нас две дочери, Кодор.

Кодор разводит руками.

– Я столько лет мечтал их увидеть.

– Они в самом дрянном возрасте. Долг обязывает их постигать науку, а изменяющиеся тела уродуют их и портят характеры. А характеры у наших дочерей и без того не сахар.

– Все это естественно, Лореаса. И… я должен сказать тебе еще кое-что.

Лореаса пристально смотрит на него из-под ресниц.

– У меня есть еще одна дочь, – просто говорит Кодор. – Ей всего пять лет. Ее зовут Геллена.

Надеюсь, они подружатся.

Лореаса долго молчит. Потом усмехается:

– Ты забыл сказать: «Девочке нужна мать».

– Девочке нужна мать, – соглашается Кодор.

Лореаса кусает губы.

– Ты не мог сделать худший выбор, – с сердцем говорит она наконец.

– Нет, – уверенно возражает он. – Я не мог сделать лучший.

2– Гелле!

– Я сейчас!

– Иди к нам, скорее!

Быстро-быстро топочут детские ножки. Со второго этажа с визгом слетает, почти не касаясь ногами ступенек, девочка в голубом платье. Платье вышито бабочками, но вышивка уже растрепалась – свисают нитки, одна бабочка-калека однокрыла, от другой остались только желтые усики.

Подол платья чем-то запачкан, а большой, на вырост, подгиб оторвался наполовину и сзади свисает, как маленький шлейф. С шестой ступеньки Геллена прыгает, распахнув руки, будто птичка с ветки. Лореана со смехом ловит ее и кружит в воздухе. Лореада хмурится, хватает сводную сестру за ногу в вязаном чулочке и с укором оглядывает дырку.

– Опять порвала, – ворчит Лореада, – вся обтрепанная ходишь, прах земной.

Твои платья, наверно, не вырастут из травы, Гелле! Мама два вечера шила, а ты…

– А почему не вырастут? – обиженно спрашивает Геллена.

– Потому что ты прах земной!

– Ада, не брюзжи, – весело говорит Анна, – от этого растут бородавки. Ты же не хочешь ходить вся в пупырях, как жаба?

– Жаба! – хихикает Геллена. – В пупырях!

Лореада мрачнеет, словно осенняя туча. Это совсем не смешная шутка. Заклятия Снов Земли не удаются ей.