Харон. На переломе эпох

Супруга уловила мое состояние и молча ушла в кают-компанию готовить перекус. Смотрел на катер, и мне действительно было жалко, что не угоним. Оружие по нынешним временам в цене, а такое оружие — в большой цене. Ладно, будем решать проблемы по мере поступления. Сейчас «на повестке дня» вопрос иной.

Так молча чай и пили, доедая блинчики с джемом. Катюха осматривала окрестности через окна рубки, я погрузился в ноутбук, листая чертежи «Катаны». Чай кончился на удивление быстро. Оторвавшись от ноутбука, встретился взглядом с супругой.

— Ну, и что надумал? — голосом жена намекала, что ответ обязателен.

— Надо еще на пару дней задержаться.

Помолчали. Было видно, что у супруги накопилось недовольство и надвигающуюся разборку надо просто пережить.

— Леш, мы могли уйти отсюда три дня назад! Вместо этого занимались ерундой, и ты еще два дня тут ждать предлагаешь?! Поясни мне. Зачем!

Улыбнулся, затягивая время. Если не дать женщине самой себя распалить, разборки проходят в мягкой форме.

— Поясняю. За два дня довооружу «Катану».

— Да куда еще-то! У нас ружей этих полный трюм! Ради чего!!!

Во! А это уже «крик души». Теперь и только теперь меня готовы слушать. Пересел к жене, обнимая.

— Катюх, Тиммо убили за лодку, или даже за топливо к лодке. Просто взяли и застрелили. И это те самые законопослушные финны. Наши девяностые ты помнишь. Вот и представь, идем мы с тобой такие, полные надежд, а к нам катерок подходит и, поводя парой пулеметиков, предлагает нам прыгать за борт, так как наша лодка им понравилась.

Жена явно представила ярко и в картинках со своим участием. Она ведь выглядит очень неплохо, несмотря на возраст «за сорок». И мозги у нее работают и воображение богатое.

— Думаешь, если финское правительство не справляется то везде так?

— Думаю да, но сейчас это не важно, ведь катер к нам и в финских водах подойти может, а у нас не та яхта, чтоб легко спрятаться и не та скорость, чтоб от катеров уйти. А если не можешь уйти и не можешь спрятаться — остается, либо драться, либо сдаваться. Но, как известно, русские не сдаются.