Харон. На переломе эпох

На одном, белом с синей полоской, по носу шла надпись «Корвет», второй, чисто белый с «V» образным килем, обошелся без названий. Ладно, надо обходить периметр.

Сторож так и не нашелся и, пройдясь по всем закуткам дважды, сначала я, потом Михаил, мы приступили к основному действу. Несмотря на запущенность, в ангаре нашлись и инструменты, и запчасти и даже тележки. Сергей с довольным видом вручил мне две толстые книги, журнального формата с картинками самолетов. Корвет оказался «Корветом» производства саратовского «Гидроплана», а с Vобразным килем стал «Л-42» саратовской «Чайки».

«Элка» отличалась кардинально — новенькая, навороченная с шикарным салоном. Кстати, вход в салон через люк в скосе крыши, можно сказать, «через багажник». Совершенно непривычно — долго искал двери, потом «прочитал инструкцию». Для посадки людей с воды, может, и удобно — а вот с земли карабкаться я намучался, пока не догадался инструкцию дочитать.

Корвет не претендовал на эксклюзивность входа, у него боковое остекление просто поднималось вверх на петлях, позволяя из кабины вываливаться прямо в воду.

Приплясывающий от длительного ожидания Сергей спросил — И на каком полетим?

Взглянул на него с удивлением.

— Ты что, серьезно считаешь, что я «сяду за баранку этого пылесоса»? Без практики, подлетов и проб?

— Ну, может вы уже на них летали.

— Не, Сереж, не летал. Но это гидросамолеты! Что это значит?

Бармалей пожал плечами. К нам подошел Михаил, с интересом дожидаясь ответа.

— Это значит, мазута вы моя, ползучая, что мы их как лодки за собой тянуть можем. Шанс что дойдем по тихой воде очень неплох, а на скорость по воде они рассчитаны гораздо большую, чем Отважный разгонит.

— А то! — хохотнул Михаил — все грузим, самолеты скатываем в воду и идем домой.

— Ну, примерно так — подвел я итог.

Пока открывали ангарные двери — употели, и десяток раз помянули хозяев, не следящих за состоянием имущества. Нашумели, да еще пришлось подсвечивать дорожку прожектором с катера. Посчитав себя за начальника, доверил всю погрузку бармалеям, сам отойдя в темноту, старательно вглядываясь в силуэты строительной техники и неровности площадки.