Харон. На переломе эпох

Со Станцией воевать никто не будет, так как Чернобыльская, многокилометровая зона тут никому не нужна, в том числе Крепости, так как и ее достанет выбросами. Вот такое, извините, принуждение к миру.

Нарисованная картина даже мне не понравилась, а уж флотские запереглядывались многозначительно. Надоел мне этот цирк.

— На сим позвольте откланяться. Захотите подробностей, присылайте депутата, я деталями ситуации не владею. Простой курьер, как видите.

Оба моряка хмыкнули глумливо. Но капитан, вместо того, чтоб спокойно попрощаться, спросил.

— Гражданских у нас забрать сможете в ближайшее время?

Пожал плечами. Лично я проблем не вижу. Железная дорога целая, пригнать из депо Станции несколько закрытых, грузовых вагонов на маневровом тепловозе и забрать людей. Тут ехать то всего час — потерпят не комфортность перевозки. А вот куда их селить…

— Забрать легко. А вот селить некуда. Разве что палаточный городок разворачивать. Но застудить людей можем.

Кавторанг обронил — Они и сейчас в палатках живут. Без печек.

Вот после этих слов я понял — Арсенал сломался. Не будет долгих танцев с бубнами, не будет политических маневров. Люди устали их семьи больны, а Крепость занята своими делами. Все. Моя миссия окончена, даже толком не начавшись.

И еще я понял, что мой кошмар с разведением семи мостов и уводом теплоходов из теоретической задачи становится реальной проблемой.

Протянул руку в жесте прощания и подытожил — Присылайте депутата. Решим все, не переживайте. Вы у нас «передовая», к вам и отношение особое.

На этот раз руки мы пожали и простились. Обе стороны уходили с переговоров задумчивые и не особо веселые.

Добравшись до Катаны без приключений выполз из мокрого насквозь комбинезона. Обтерся, переоделся и поднялся на палубу.

— Все, Катюха. На сегодня все.

Супруга вылезла из башенки, демонстративно кряхтя и постанывая.

* * *Ночевать остались у Большой Ижоры, о чем пожалели. Всю ночь на берегу отстреливали нежить. Равномерно, будто на конвейере. Иногда в эту упокоительную равномерность вплетались частые короткие пулеметные очереди, разок даже грохнули гранаты. И вновь равномерно, как паровой молот, над поселком гремели одиночные выстрелы.