Керимов Эмин (вынужденный брак)

— Я тебе запрещаю, — строго чеканит отец. — Ты девочка, а не матёрый мужик. Алкоголь вреден для здоровья, а тебе ещё детей рожать.

Шумно втягиваю воздух ноздрями. Ну, началось… Сейчас же не отцепится, пока не прочтёт мне целую лекцию о вреде алкоголя на женское здоровье.

— Пиво хоть можно? — спрашиваю уже не так смело, как в начале диалога. — Один бокальчик, пожалуйста.

— Ладно, — сдаётся отец, а когда я в ответ его крепко обнимаю, отец добавляет: — Но только один, Ярина. Иначе моё доверие ты потеряешь.

— Всё будет «ок», папуля. Я тебя не подведу.

Чмокнув отца в щеку, выхожу из дома. А оказавшись на улице, замечаю чёрный «Мустанг» Керимова. Эмин только что приехал.

Мои щёки становятся пунцово-красными, ведь после того случая, когда я поцеловала Керимова в щеку, мы больше не виделись. И я понятия не имею, что думает обо всём этом Эмин. Если всё так, как сказал отец, и мои приколы Керимов воспринял за флирт, тогда мне стыдно. Очень!

Солнце уже клонится к горизонту, но я всё равно спешу надеть тёмные очки, чтоб Керимов не увидел моего взволнованного взгляда.

Я только успеваю поравняться с иномаркой, как со стороны водителя распахивается дверь. И из машины выходит Эмин, одетый в чёрную обтягивающую футболку и светлые джинсы. Невольно сглатываю ком, который подкатил под горло.

— Привет и пока, — тараторю, пытаюсь пройти мимо.

— Яра, постой, — летит мне в спину, и я оборачиваюсь.

— Да?

— Ты в город собралась? — спрашивает Эмин и я киваю в ответ. — Я могу тебя подвезти. Только подожди меня в машине пять минут. Мне нужно кое-что передать твоему отцу.

Я раздумываю ровно две секунды. Светлый ангел, сидящий на моём плече, говорит: «Ярина, ты же хорошая девочка. И обещала папе держаться от Керимова как можно дальше». А тёмный ангел толкает меня в спину: «Чего стоишь, дура? Тут даже думать нечего.

— Без проблем, Эмин. Ради возможности прокатиться в «Мустанге» я подожду, сколько скажешь, — фух, вроде выдала на одном дыхании и ничего лишнего не сморозила, надеюсь.

Подмигнув, Эмин достаёт из машины небольшой свёрток, упакованный в чёрный целлофановый пакет, и идёт в дом. А я сажусь на пассажирское сиденье спереди. И оглядываюсь.