Казнить нельзя помиловать

— Я ничего не поняла! Какое наследство? Райтон выбросил меня из дома в тот же день, когда пришло страшное известие. В чем была, в том и выставили, я даже осознать ничего не успела, как оказалась одна на Окраине! И на похороны меня Райтон не звал! А когда я, всеми правдами и неправдами, все-таки добралась на Золотой, меня просто не пустили на территорию. Обратно возвращалась пешком, потому что у меня не было ни кварта. До сих пор удивляюсь, как по пути меня не ограбили и не убили…

Женщина стиснула руки.

— Не пойму, в чем он меня обвиняет — куда я умотала, с кем? Я же все это время жила в Приюте и работала на Комбинате!

— Да, это странно, но если мы хотим отсюда улететь, придется придерживаться легенды, что ты — не Кайли.

— Я понимаю. Но там мой сын! Он жив, Ревье, ты понимаешь это?

— Понимаю. И обещаю, что когда мы выберемся, я приложу все силы, чтобы решить эту головоломку. И вернуть тебе мальчика. Ты же этого хочешь, я угадал?

— Больше жизни! — Женщина прижала к груди руки, глядя на арсианина такими глазами, что у него комок встал в горле.

— Нет, Кайли, мне не нужны такие жертвы! Я помогу, но не за плату. Договорились? Это серьезная игра, девочка. Мужская игра, женщинам в ней не место, поэтому ты должна неукоснительно выполнять мои приказы. Не раздумывая, не споря и не переспрашивая. Отныне ты — Дея. И никогда не бывала на Даластее.

— Я просто опешила, а потом осознала, чем нам грозит его разоблачение, — вздохнула Кайли. — Дея, так Дея.

— Рей решил купить у нас неисправный челнок, у них есть два разбитых. Думает собрать из трех сломанных один рабочий и подняться с нами на орбиту. Там он выйдет на связь с поставщиком, а потом вернется на Терру в челноке. Сама понимаешь, он не оставил мне выхода — пришлось согласиться, хотя идея мне не совсем нравится.

— Хорошо.