Каждый твой вздох

Кейт обняла сына:

– Слышишь, Дэнни? Мы с тобой лучшие.

Малыш запечатлел мокрый поцелуй на ее щеке и объявил:

– Мамочка, мы с Молли идем в парк.

Кейт опустила его на пол, и Дэнни сразу же ухватился за руку Молли. Он обожал няню, которая появилась в их доме со дня его рождения. А пожилая ирландка любила его, как собственного внука.

– И никакого флирта с Капертон, – шутливо остерегла Кейт, провожая их до двери.

– В приемной ждет Билли Уайатт, – сообщила секретарь Эвана, когда тот прошел мимо ее письменного стола с портфелем и газетой в руках.

 – Сидит с десяти часов и требует встречи с вами.

– Принесите мне стакан воды, пошлите кого-нибудь за банкой «Доктор Пеппер» и впустите его, – коротко бросил Эван, прежде чем швырнуть на стол газету и выгрузить из портфеля гору документов, над которыми работал ночью.

Появилась секретарь со стаканом ледяной минеральной воды, и Эван уселся за стол, после чего развернул «Трибюн» и еще раз прочитал статью об очередных успехах Кейт.

Она была тем шипом в боку, от которого он так и не смог избавиться. Все знали, что они были помолвлены, и каждый раз, когда люди начинали потихоньку забывать Кейт, она снова появлялась, как звезда на небе, в очередной чертовой местной газетной или журнальной статье.

Если верить этой писанине, регулярными посетителями ресторана были мэр города и прокурор штата. Несколько недель после появления такой статьи Эван не мог показаться ни в суде, ни в одном месте, где собирались адвокаты, без того чтобы его не начинали немилосердно изводить, уверяя, что не будь он так недальновиден и слеп, сейчас мог бы сделать блестящую политическую карьеру.

Кое-кто даже не стеснялся вслух жалеть человека, упустившего такую завидную невесту."

"Сегодняшняя статья, как и предыдущие, на все лады превозносила ее, но в отличие от других в ней были помещены прекрасные цветные снимки Кейт и маленького ублюдка Уайатта на кухне.

Он второй раз видел эти снимки. Просто не мог не смотреть на них снова и снова. Маленький сукин сын как две капли воды походил на отца, и это бесило Эвана еще больше.

– Привет, Эван. Спасибо, что уделили мне время.

Эван, брезгливо отбросив газету, встал и пожал руку Билли. В свои семнадцать он казался настоящим красавцем, чуть полноватым, как отец, но далеко не таким симпатичным. Эвану в его присутствии всегда становилось не по себе.