Казак в Аду

Её можно понять: не будучи по натуре склонной к самобичеванию, самоуничижению и тем более к самокопанию, она тем не менее уже дважды пыталась принести себя в жертву и «проклясться» не хуже подъесаула.

В конце концов, это ведь из-за её бзика с толстовской политикой непротивления злу насилием её же возлюбленный влип в такой односторонне выгодный гешефт. И если у этого рыжеусого простофили всё сработало по первому разряду, без малейших проблем, то ей почему-то катастрофически не везло с приличным «грехопадением».

Почему у неё ничего не выходит, она что, совсем потерянная для общества личность? Причём для любого общества! Нет, ну в Рай два раза не взяли — это ещё как-то понятно, но чтоб отказывать человеку в прописке в Ад?! Согласитесь, это уж по-любому перебор… И даже, кажется, в чём-то настоящий антисемитизм!

Обычно жутко терпеливый эльф в данный момент тоже шёл молча и даже не курил. Его выразительный рассказ о своевременном появлении в пещере был краток до одного предложения: «Выпрыгнул почти следом за вами, но пока догнал…» Детали добавьте сами, комментарии — по вкусу, даже первокласснику ясно, что всё чересчур наивно сходится, но кто докажет? Улик нет, пришлось опять верить прохиндею на слово…

— Здесь вы остановитесь, дети мои, — важно замер столбом только что обсуждаемый нами субъект.

— Лес как лес, — недоверчиво сбил фуражку на затылок усталый казак.

— Таки да! — от всей души поддержала юная еврейка, резво выпрыгивая на свет из сумерек своих грустных мыслей, — Там, позади, нас не кормили, тут, на полянке, ни шишек, ни грибов, одни негры с тараканами меж ушей. Но, может, как раз впереди есть что полезное на предмет по-завтракать?! Таки не надо вешать нам патетику, дайте нормальную лапшу!

— Хотите правды? — Голос седого соискателя принцессы наполнился неподдельной грустью.

— У нас тоже свой эльф! Хор-роший такой, умный, держит след. — Израильская военнослужащая автоматически потрепала Миллавеллора по плечу, как служебно-розыскную собаку.

Вечный бродяга также по-собачьи стрекотнул ушами и со вздохом признался:

— Я был здесь дважды. И дважды не дерзнул переступить запретную черту. Здесь терпят муки чёрные эльфы, не такие, как мы.