Каталонская компания

В последнее время я стал стрелять заметно лучше. Сказывался боевой опыт.

Сев на гнедого Буцефала, говорю Аклану и Тегаку:

— Будьте все время рядом со мной.

— Да, барон, — произносит за двоих Аклан.

Ему не хочется погибнуть сегодня, в понедельник, пятнадцатого марта тысяча триста одиннадцатого года. Как и мне, как и остальным бойцам Каталонской компании, как и нашим врагам. Но кому-то придется умереть. Понедельник, как положено, станет для кого-то тяжелым днем. Лучше, если это будут афиняне.

Я выезжаю на невысокий холм левее и немного впереди катапульт и позади копейщиков, смотрю на построившихся бойцов.

Внутрь турецкого лагеря мешают проехать поставленные впритык, запряженные кибитки, в которых сидят женщины и детвора. Турки приготовились драпать.

— Позови Халила, — приказываю я турку, который сидит на лошади и смотри сквозь меня.

— А чего звать?! — произносит турок. — Вон он едет.

Я замечаю командира турецкого отряда, которого раньше закрывала от меня кибитка. Он в доспехе, но явно не в боевом настроении. Может, так кажется потому, что впервые вижу у него выбритый подбородок.

— В чем дело Халил? Струсил?

— Почему струсил?! — обиженно произносит он. — Просто мы не дураки! Поняли, что вы вместе хотите напасть на нас!

— А что нам мешало сделать это раньше? — поинтересовался я, пораженный глупостью отговорки.

— Потому что вас было мало, — быстро отвечает Халил.

Я понимаю, что уговаривать его бесполезно, поэтому говорю:

— Как только поймете, что мы побеждаем, объедите нас по левому флангу и ударите по их пехоте. Потом поделим трофеи и вы сразу уедете. Мне трусливые воины не нужны.

— Мы давно собирались уехать! С лживыми иноверцами нам не по пути! — напыщенно произносит он.

Я скачу к лагерю туркополов.

— Прости, барон! Я не могу поступить иначе!

— Я тоже! — бросаю напоследок и скачу к каталонцам.

Когда занимаю позицию на холме, ко мне подъезжает Джейм Сакоман.

— Струсили? — спрашивает он.

— Справимся и без них, — говорю я, хотя без лучников нам придется тяжко.