Каталонская компания

Так что дамам вместе с детьми приходилось сидеть на узлах и ждать окончание штурма, которое могло быть успешным или романтичным.

Мы с Акланом снимаем доспехи и оружие и садимся за мраморный столик в тени под арками. Хания приносит белое ароматное вино, а Тегак — свежую темно-красную черешню, которую нарвал в небольшом саду в соседнем дворе, сейчас пустующем. Каталонцы предпочитали жить кучно в центре города.

— Как думаешь, долго нас будут осаждать? — спрашивает Аклан.

— Зависит от того, получится у нас сегодня или нет, — отвечаю я.

 — Если получится, то мероприятие затянется еще на месяц или два. Штурмовать, скорее всего, перестанут. Будут брать измором, пока сами не съедят все, что можно съесть неподалеку от города. Потом наемники уйдут, а ромеи побоятся осаждать сами.

— Что думаешь дальше делать? — интересуется Аклан.

— Деньги доставать, — отвечаю я. — С каталонцами это будет легче. Тем более, что теперь не надо ни с кем делиться. Всё, что захватим, будет наше. Как только наберу на новое судно, сразу уйду.

— Может, лучше пойти на службу к кому-нибудь? — осторожно закидывает Аклан.

— Мне надо больше, — говорю я. — Но ты, если хочешь, можешь после осады поискать счастья в другом месте.

— Куда мне идти?! — отмахивается он. — Раз уж свела нас судьбы, буду и дальше тебя держаться."

"— Надеюсь, не пожалеешь, — говорю я.

После обеда Тегак помог мне облачиться в доспехи, привел оседланного и защищенного броней Буцефала и принес щит, шестопер и степную пику.

Поскольку подобное случилось впервые за время осады, Ясмин и Хания с детьми вышли на галерею, хотя было время сиесты. Я никогда не говорю жене, куда и зачем еду. Чем меньше знает, тем меньше плачет. Мы с Акланом выезжаем со двора, поворачивает к Морским воротам. К ним уже съезжаются рыцари и альмогавары, у кого есть боевые кони. Пехота, обливаясь потом, идет к Константинопольским воротам. Денек выдался жаркий. Солнце палит от души. Я чувствую, что мое шелковое белье уже мокрое, но отправляться в бой без стеганки не решился. Глупая смерть предыдущего сенешаля кое-чему научила и меня.

Прискакали командир Беренгер де Энтенза, сенешаль Беренгер Рокафорт и казначей Рамон Мунтанер, который после смерти Рожера де Флора и адмирала Феррана де Ахонеса стал третьим по важности в Каталонской компании. Рыцари вооружены длинными копьями, которые вряд ли пригодятся сегодня. Биться короткими не умеют и учиться не хотят.