Каспар Фрай (авторский сборник)

Теперь можно было перевести дух, как-никак они выполнили задание герцога, да еще получили королевское золото. Самое время порадоваться, но что-то мешало Каспару, возможно, отрывок неприятного сна, о котором не хотелось вспоминать.

126Дорога была наезженная, то и дело попадались повозки и ломовые телеги, их возницы угрюмо поглядывали на странных путников и сворачивали на проселки.

Каспар тревожно оглядывался, Аркуэнон ехал погруженный в невеселые мысли, Углук тяжело вздыхал, а Фундинул гладил Шустрика по шее и что-то ему шептал, будто прощался.

«Надо развеяться, – успокаивал себя Каспар. – Вот заедем в высокий кустарник, поставим временный лагерь, посидим, успокоимся».

Впереди не очень далеко виднелись кустарниковые заросли, удобное место, чтобы переждать пару дней, не отдаляясь от Харнлона, а потом вернуться в пригород и купить провианта и теплую одежду. Снег уже сошел, дело шло к весне, однако ночами все еще было довольно холодно.

Две ледяные глыбы в круглом зале черной башни начали таять. Шестирукий Алвин простер над ними ладони, чтобы ускорить пробуждение плененных магов к жизни.

– Отпустите меня, я всего лишь маленькая мышка… – пропищал Кромб.

– Перестань, разве ты еще ничего не понял? – проскрипел Дюран. Его оголенный череп торчал из глыбы голубоватого льда, однако руки были надежно скованы.

– Это какая-то ошибка, я маленькая мышка… – снова начал канючить Кромб.

– Слушайте меня, вы, жалкие существа, – пророкотал Алвин, перенявший вместе с огромным телом рокочущий бас убитого им стража. – Я предлагаю вам жизнь, я даже оставлю вам силу – тебе, Дюран, твою собственную, а Кромбу – несколько зеленых искорок, которые позволят с чего-то начать…"

"Алвин помолчал, желая удостовериться, что его поняли.

– Вы должны помочь мне сыграть против Каспара Фрая и его команды, я справился бы и без вас, но ошибка может обойтись слишком дорого. Вы хорошо знаете Фрая, с вами я тоньше сконцентрируюсь. Что скажете?

– Что тут говорить, я согласен, – поспешно ответил Кромб. Ему некуда было отступать, в человеческом обличье он был калекой.

– А ты, Дюран?

– У меня нет иного выхода, я буду помогать тебе.