Карим. Против воли

Забралась в душевую кабину, повернула на кране винтик, включая холодную воду, и принялась подставлять лицо под ледяные струи, льющиеся из лейки настоящим водопадом."

"В ванной скрипнула дверь, но девушка не услышала. Она так сильно увязла в своём горе, что не услышала бы даже гулкий раскатистый гром, если бы каким-то чудом он случился здесь и сейчас. Карим, вооружившись большим полотенцем, подошёл к душевой кабине. Не говоря ни слова, повернул винтик по часовой стрелке и остановил поток прохладной воды.

— Заболеть хочешь? — спросил у супруги, стараясь не ругаться.

Люба одобрительно кивнула головой и принялась стаскивать со своих бёдер мокрые трусики. С лифчиком помог Карим. Расстегнув крючки, он снял с округлых грудей промокший насквозь бюстгальтер, и сразу же закутал дрожащее тело любимой девочки в большое полотенце. Обнял за плечи и, уткнувшись лицом в макушку головы, прошептал:

— Мы вытащим твоего брата. Обещаю.

— Правда? — отозвалась Люба, прижимаясь к широкой груди супруга.

— Правда. Верь мне.

Карим покрыл поцелуем мокрый лоб девушки и, подхватив за ноги, оторвал её тело от пола. Люба хотела воспротивиться и пойти в комнату самостоятельно, но Карим не позволил. Ещё сильнее сжал в объятиях, неся свою любимую девочку на руках до самой спальни. Подошёл к кровати и с особой осторожностью положил Любу на постель.

Когда супруга заснула, Карим вышел из комнаты, погасив свет. Спустился в гостиную и тут же потянулся к мобильнику, чтобы ещё раз поговорить с адвокатом.

Карим больше слушал, чем говорил. Сохранял в подкорку каждое слово и обстоятельство. Арс — непрошибаемый тупица. Всё-таки он встретился с этим коллектором. Набил ему морду и не где-нибудь за углом, а прямо посреди улицы. Узнал, где живёт Лютый, и устроил кулачный бой возле подъезда. Свидетелей было много. Считай половина соседей. Не отвертишься теперь. Только пазл не складывался. По логике полиции, если она такова вообще была, Зарецкий не успокоился одной дракой и через несколько часов вернулся на место происшествия.

Всё, что поведал адвокат, — казалось Кариму несусветной чушью. Арс не убил бы этого человека ни за что на свете. Да и вообще, подставлять себя подобным образом — кретинизм, а этим качествам Зарецкий никогда не обладал.