Карающая богиня, или Выстрел в горячее сердце

 – Я с детства такая, от этого только проблемы были, но как изменить это, а? Я не виновата, что мужики ведутся, ведь и ты сам не исключение, вспомни, как мы с тобой познакомились!

– Нечего тут вспоминать – ты с Мастифом приехала к Строгачу, были на тебе белые джинсы в облипку, красная майка и красные лодочки на шпильках, – отозвался он, усаживаясь на стул и увлекая за собой ее, устроив на коленях. – А волосы у тебя были нормального цвета, как у людей, а не как у ведьмы, ты их заколкой подкалывала, так небрежно вроде, но красиво.

Потом ты приехала к нам одна, со Строгачом в сауну пошла, я еще тебя обыскивал, помнишь?

– Говорю же, повелся! – засмеялась Марина, уткнувшись носом ему в шею.

– Не спорю – повелся, – согласно кивнул Женька, удобнее устраивая ее голову на своем плече. – А уж потом и вовсе чудо случилось – ты прикатила к нам после того, как Малыш от тебя ушел, Ветка уже с Серегой жила. Ты напилась до безобразия…

Коваль попыталась что-то вставить, но Женька закрыл ее рот рукой:

– Т-с-с! Сейчас я говорю.

Ты вломилась ко мне в комнату, совершено раздетая, пьяная, и потребовала продолжения. А я не смог, побоялся. И только в следующий раз, в Египте, набрался смелости прикоснуться к тебе. Балдел от каждой минуты, что был с тобой, от каждого твоего вздоха, от каждого движения, от взгляда… Ты помнишь это, котенок?

– Конечно, помню, Женька, – тихо ответила Марина, дыша ему в шею. – Мне до сих пор стыдно за то, что мы делали тогда…

– Не надо, родная, возможно, именно в ту ночь я понял, что должен быть с тобой рядом.

Я никогда не видел таких, как ты, ты ведь не притворялась, не играла, тебе ничего не нужно было от меня, ни денег, ни обещаний каких-то, ты просто хотела меня, и забрала меня – всего…

Да, иногда в любовнике просыпался философ и отчасти даже поэт, и тогда он мог говорить красиво и образно, так, что Марина заслушивалась его речами, забывая о том, кто он на самом деле. Вот и сейчас она развесила уши, как последняя лохушка-пэтэушница, замерла в его руках и наслаждалась каждым произнесенным словом.

Хохол поглаживал ее по спине, чуть раскачиваясь на стуле, и Коваль почувствовала, как глаза потихоньку закрываются… Через десять минут она уже спала крепко, как ребенок.

Младич дал Кольке фамилии нескольких футболистов, с которыми Маринин оборотистый племянник за два дня успел встретиться, помотавшись по разным городам, и заключить контракты. Никто не отказался, как ни странно, все приехали.