Карающая богиня, или Выстрел в горячее сердце

– Поворачивайтесь, Марина Викторовна, – проговорил он, и Коваль легла на спину. Виталик нервно сглотнул – она лежала перед ним почти совершенно голая, если не брать в расчет узкую голубую полоску стрингов.

– Ну, что замер? – поинтересовалась Марина. – Работай дальше.

Краем глаза она заметила, как прикусил губу Хохол, наблюдая за скользящими по ее телу руками массажиста.

– У вас такая кожа нежная, сразу синяки, – заметил Виталик, поливая ее массажным маслом.

– Так ты аккуратнее, чтобы не оставались, – дружелюбно посоветовал Хохол.

Марина захохотала, не вынеся его юмора:

– Виталик, все в порядке, Женя шутит!

– Да если бы! – вздохнул Хохол…

Словом, Виталик был только рад, когда Коваль, наконец, закончила процедуру и встала с его стола.

Поправив маникюр и покрасив заново волосы, она осталась довольна тем, что отражало теперь огромное зеркало, да и макияж, умело наложенный визажистом, убрал с лица лет пять-семь жизни, и сейчас ей было едва ли двадцать пять, только глаза…

Их не спрячешь, не замажешь косметикой, даже яркие зеленые линзы не маскируют выражение, застывшее в них намертво, – ее глаза больше не улыбались.

– Кошмар какой-то, – всегда бормотал Хохол, когда видел это."

"Перед тем как покинуть душный город, Коваль заглянула в клуб к племяннику. Колька обрадовался, долго кружил ее по своему кабинету:

– Ты где же была так долго? Не заехала ни разу!

– Дела были.

Он усадил ее в кресло и сам приземлился напротив:

– Ты знаешь, что меня Виола выгнала?

– Знаю. Я предупреждала, что так и будет – она тебе не пара, – спокойно отозвалась Марина. – Не переживай, найдешь молоденькую девочку.

– Не хочу.

– Ну и дурак. А с Веткой все равно ничего больше не будет – я ее не первый день знаю, она в одно болото два раза не лезет. Забудь, легче станет. Ладно, это проехали. Что с делами?

– Дела дерьмо, Мариш, – признался племянник, опустив глаза.

– Даже так? – тихо протянула Коваль, прищурившись. – Понятно. И это была большая тактическая ошибка с его стороны… Хохол! – заорала она внезапно так громко, что Колька уронил пепельницу на пол, а Женька едва не выбил дверь, торопясь на ее голос. – Вызвони Комбара, скажи, что через час я жду его с пацанами в «Роще».