Капкан (не) любви (СИ)

Очень сложно было сосредоточиться и думать о чем-то помимо его ласк. Но все же одна мысль пробилась через дурман, окутавший сознание: мы в общественном месте. Даже если официант не войдет без спроса, нас все равно услышат. Я, конечно, сильно раскрепостилась с Андреем, но не до такой степени!"

"К тому же наслаждаясь близостью с Ветровым, я делаю хуже нам обоим. Он верит, что небезразличен мне, а я все сильнее запутываюсь в собственных чувствах. Хотя от меня требуется сущий пустяк — быть равнодушной во время секса.

Я напомнила себе, что мужчинам нельзя верить. То, что они говорят и что делают — две разные вещи. Рома тоже обещал мне неземное счастье, а что в итоге? Сколько еще раз мне надо обжечься, чтобы понять: от мужчин лучше держаться подальше?

Я уперлась ладонями Андрею в грудь и произнесла:

— Не надо. Я еще недостаточно хорошо себя чувствую.

Он отодвинулся и заглянул мне в лицо. Раздумывал недолго: одернув на мне юбку, Андрей прижался лбом к моему виску.

— Прости, — пробормотал он. — Это такая мука: видеть тебя, быть так близко, хотеть тебя и не получать.

— Это твое признание?

— Мне показалось, или ты меня осуждаешь?

— Ты все сводишь к сексу, забывая о чувствах.

— Каюсь, грешен: я обезумел от страсти к тебе.

Здравые мысли окончательно покинули меня. Невозможно было думать, когда он смотрел так напряженно, с мольбой.

— Только один поцелуй, — прошептала я.

Андрей откликнулся мгновенно, легонько поцеловав меня в уголок губ.

Ветров застонал, словно от нестерпимой муки. Его руки мяли мою юбку, но не пытались пробраться под нее. Несмотря на весь пыл, я чувствовала: дальше дело не зайдет. И это было приятно. Я вдруг осознала: глава крупной компании послушен моему слову.

Андрей оторвался от моих губ. Ему понадобилось время, чтобы восстановить дыхание, только после этого он смог говорить.

— Чувствую себя юнцом, — признался он, — которому девушка на свидании запрещает заходить дальше поцелуев.

— Тебя это расстраивает?

— Скорее, забавляет, — усмехнулся он. — Словно вернулся в молодость.

Я впервые задумалась о разнице в возрасте между нами. Восемнадцать лет — целая жизнь. Моя жизнь. Андрей прожил практически вдвое дольше меня. Это и пугало, и восторгало.

— Давай перекусим, — мужчина отодвинулся.