Капитан Валар. Смертник номер один

Рискованно? Ну так что ж, там, где был риск, я чувствовал себя вполне свободно – хотя бы благодаря общепринятой системе воспитания в спецназе ГРУ. Я не знаю, как готовят солдат и офицеров в спецназе внутренних войск, но у нас готовность к неожиданностям воспитывается даже на простом бытовом уровне. И с самых первых дней. Причем не делается разницы между солдатом и офицером. Казарма роты – это вражеская территория. Привыкнув даже в собственной казарме вести себя так, как положено вести себя на территории врага, в боевой обстановке уже не допустишь ошибки.

Самое простое, на что солдаты перестают попадаться уже через месяц службы, – это выставление «растяжек» в любом месте казармы. Конечно, это не настоящая «растяжка», то есть соединена не с боевой гранатой. Она может быть вообще ни с чем не соединена, а может – с самым малоэффективным взрывным устройством, типа ослабленного взрывпакета. Погибший на пороге моего дома в момент, когда погибнуть должен был я, старший прапорщик Андрюша Бубновский обеспечивал такими взрывпакетами не только нашу роту, но и весь батальон. Хлопок бывает чуть сильнее, чем от взрыва простого капсюля, и нет пламени, чтобы не вызвать в казарме пожар. Но если кто-то из солдат попадется на такую «растяжку», заглянув ночью в туалет, он не только сам получит стресс, но еще выслушает множество не совсем приятных слов от своих сослуживцев, которых своей неосторожностью разбудил. А спят солдаты в спецназе по четыре часа – это тот минимум, что разрешен уставом. Так и вырабатывается осторожность и привычка везде видеть опасность. Точно так же наказывается и любопытство. Любой предмет, что может привлечь внимание, если возьмешь его в руки, может условно взорваться. Действие то же самое. Первые полгода службы становятся для солдат сплошным стрессом, но потом состояние постоянной боеготовности переходит в кровь и на всю жизнь становится естественным состоянием.

* * *Следующим нашим естественным шагом стал звонок Николишиной. Звонил я, поскольку сам вызвался по старшинству.

К этому моменту мы уже знали, что задержанного киллера звали Александр Селиванов, а его убежавшего напарника, как удалось выяснить по sim-карте и по присутствию в списке пассажиров поезда, – Владимир Крутояров. Их sim-карты благополучно перекочевали в наши трубки. Распределение имен и ролей произошло по телефонному принципу: мой айфон имел возможность обслуживать только одну sim-карту, и потому я поставил в него карту Селиванова.