Капитан Валар. Смертник номер один

Потому Дибар передал Хасбулату приказ. Все бойцы группы Хасбулата были собраны заранее. Сам он должен взять двух самых надежных в боевой обстановке парней. Самых обученных рукопашному бою – потому что им предстоит захватить живьем опытного киллера, который будет наверняка вооружен и не пожелает сдаться. Киллер этот засядет на чердаке дома напротив. Гамид тем временем должен отправиться к своей подружке, а чуть позже к нему в гости заявятся земляки. Всей оставшейся группой. Выходить на место, как только стемнеет. Только один Гамид должен пойти раньше, чтобы подружка никуда не убежала.

– Все? – спросил генерал Лукьянов, когда Василий Лукич выключил программу прослушки, встал и потянулся.

– Все, товарищ генерал… Извините, спина затекла. У меня контузия была, с тех пор спину приходится беречь. Разрешите, я выйду, сделаю легкую разминку.

– Можешь делать здесь. Нас не стесняйся, тем более что мы уже уезжаем. Раз Валар нацепил свой парик, основная подготовка закончена.

Сам генерал только взял из шкафа бронежилет скрытого ношения – наверное, «единичку», судя по невысокой плотности, – и сунул под мышку, не желая переодеваться загодя.

* * *На трех машинах, набитых вооруженными бойцами, мы выехали с небольшим запасом времени, чтобы успеть до наступления темноты встретиться с капитаном Сафроновым и подготовиться. И, естественно, опередить бандитов с выбором позиции. При неожиданной атаке выбор позиции много значит. На ней еще нужно освоиться, привыкнуть, а потом уже действовать. При организации засады фактор позиции важен вдвойне.

Еще при посадке в машину старший лейтенант Сережа спросил меня:

– А для чего твой Василий Лукич микрофон включал?

– Ты бы у него самого спросил, – посоветовал я. – Для меня все эти спутниковые системы – темный лес. Никогда не пойму, что там и для чего, и что с чем связано. С обычным компьютером поработать – это можно. А все остальное не для меня."

"Время для поездки мы выбрали не самое лучшее: дороги были забиты машинами. Мы выехали с достаточным запасом времени, однако он таял прямо на глазах.