Капер

На монахе соломенная шляпа очень искусной работы и с черной ленточкой вокруг тульи, новая черная ряса из тонкой ткани, подпоясанная плетеным кожаным ремешком. На мужчине — шляпа была фетровая, с тремя яркими разноцветными птичьими перьями, гофрированный белый воротник, не самый большой из тех, что мне довелось видеть в эту эпоху, и дублет и штаны-тыквы из золотой парчи. Пояс набран из золотых восьмиугольных пластинок, а золотая бляха в виде тигровой пасти, причем вместо глаз маленькие рубины. Наверное, испанец собирался произвести на меня впечатление, но так упрел в этой одежде, что еле стоял на ногах.

Дама была в алом чепчике с широкими, наклоненными вниз полями, которые прикрывали лицо от солнца и розово-зелено- желтом платье без обруча внизу. Вся одежда очень ярких цветов, под стать местной природе. В эту эпоху цвета в одежде и не только сочетали по принципу «чем неожиданней, тем лучше». У латиноамериканцев этот принцип доживет до двадцать первого века. В руке у женщины был большой китайский веер с нарисованными, изящными птичками, сидящими на стеблях бамбука. Дама то раскрывала, то складывала веер, но ни разу им не обмахнулась. Грудь у нее была плоская. Скорее всего, перетянута материей, чтобы не прельщать мужчин, не делать их грешниками. Судя по решительному выражению ее лица, в их семье, а я не сомневался, что они муж и жена, кто-то — не буду показывать пальцем — был подкаблучником.

Капитана звали Луис Перес, монаха — Хосе Рамон.

— Я — дон Селио Мартинес де Сан-Хуан, а это моя супруга донья Анхелес, — представился мужчина.

Я улыбнулся, потому что уменьшительные имена — Чело — у них совпадали, и тоже представился. Затем сообщил, что являюсь капером князя Оранского, из чего следовало, что они — мои военнопленные.

— Откуда и куда вы плыли? — поинтересовался я у капитана.

— Из Номбре-де-Диос в Картахену, — ответил он.

— Надо же, а мы двигались в прямо противоположном направлении! — шутливо произнес я, а потом спросил серьезно: — Давно был в Картахене?

— С месяц назад, — ответил Луис Перес.

— Я слышал, там английские пираты сидят в тюрьме, — закинул я.

— Да, — подтвердил капитан. — Матросов отправили на золотые копи, а командиров держат в темнице. Говорят, их или в Картахене повесят, или в Кадисе. Как наш король решит. Дай бог ему здоровья и долгих лет жизни! — пожелал он и перекрестился.

Вслед за ним перекрестились и остальные наши пленники.

— Какой груз везете? — поинтересовался я.