Нечаянное счастье для попаданки, или Бабушка снова девушка

— Жорик, а почему Колю, никто больше Калияном не называет? — поинтересовалась я, почесывая за ушком жмурившегося от удовольствия дракончика.

— Так он больше на Калияна и не отзывается. Ему понравилось новое имя.

— Он принял вас. Теперь вы, Элис, для этого дракона как мать, — раздалось позади, и к нам подошел одетый в кожаную одежду погонщика граф.

Почти как ковбой с Дикого запада, только с кожаным шлемом и очками-гоглами в руках.

С момента моего появления в поместье мы с ним в вольере еще не пересекались. Граф часто куда-то улетал.

Конечно, все это я себе надумала, но почему-то была уверена, что так и есть. А недавно я с удивлением обнаружила, что гораздо лучше понимаю людей, чем раньше. С возрастом это приходит ко всем, но у меня это ощущалось иначе — я словно читала людей.

— Так Элис у нас теперь мама Коляна? — развеселился Жорик.

Я фыркнула себе под нос:

— Ага, мать драконов, — и сказала уже громче. — Чем это Коле грозит?

— Скорее всего, ничем особенным, но точно никто сказать не сможет. Эмоциональная привязка к человеку крайне редкое явление. Обычно молодые дракончики после потери матери через какое-то время привязываются к другой драконице, но у Коляна почему-то этого не произошло.

Коля и в самом деле за эти три недели стал больше походить не на пони, а уже на взрослую лошадку.

— …Кстати, не хотите полетать на драконе? Помнится, вы изъявляли такое желание.

Вообще-то я говорила, что хочу посмотреть на конструкцию, которую крепят на спину дракона для перевозки людей, но сейчас язык не повернулся отказаться. Конструкцию мне продемонстрировали погонщики еще недели две тому назад. И таких конструкций оказалось несколько видов — на разные случаи и количество пассажиров. Больше всего эти приспособления походили на небольшие дома — сложно подобрать более точное сравнение.