Кам

- Под переливчатый звон колокольчиков, Карина достает из коробки венецианскую маску и демонстрирует ее мне. - Красивая, да?

— Очень, - подтверждаю я, думая, что тяжеленная карнавальная маска - довольно странный подарок для первоклассницы. - Папа в Венеции был?

— Я не помню, - досадливо морщится Карина. - Запомнила только, что он не смог меня с собой взять. Я тогда очень на него обиделась.

— Может быть у него были какие-то дела, — предполагаю я, пока мой мозг, подобно голодной пиранье обгладывает пришедшую в голову мысль о том, что Камиль вполне мог поехать в Италию с женщиной.

Бросив быстрый взгляд на дверь, я даю себе пару секунд на раздумье и решаюсь. Болтушка Карина - идеальный язык. Нужно этим воспользоваться, если уж я лишена возможности приложить к стене банку.

— А вы обычно с папой одни ездите отдыхать?

Спрашиваю и невольно прикусываю щеку изнутри. Ай-яй-яй, Дина. Как же тебе не стыдно пользоваться наивностью восьмилетнего ребенка.

— Да, - без запинки отвечает именинница, сдувая со лба кудряшки.

— Понятно, - с улыбкой отвечаю я. Настроение по странному стечению обстоятельств снова ползет вверх.

— Но тебя бы мы могли взять, - добавляет она. — Ты добрая, умная и мне нравишься.

Вряд ли доброта входит в список главных моих добродетелей, но поправлять Карину я не решаюсь и, подмигнув ей, просто благодарю.

— Ну что, вернемся к столу? Там Галия-апа наверное что-то вкусненькое принесла.

Бережно сложив рисунки и вернув их в альбом, Карина поднимается с пола.

— А вот и мы! - бодро объявляю я, переводя взгляд с Ильдара на Камиля.

Если насчет вкусненького от Галии-апа я не ошиблась и на столе появилась новая порция невиданных мной яств, включая тонко нарубленные куски мяса и подрумяненные завитки теста, то с реакцией Камиля на ошибку брата явно прогадала. Таким разгневанным я не видела его никогда. В глазах плещется угрожающий огонь, а между бровей залегла тяжелая складка, добавляющая ему минимум пару лет.

Ильдар же выглядит таким бледным и потерянным, что даже на нас не смотрит.

— Все в порядке? — осторожно интересуюсь я.

Ответом мне служат игнор и молчание. Я раздраженно скриплю зубами: тут у ребенка вообще-то день рождения. Могли бы свои разборки отложить на потом.

— Публичную порку здесь устраивать ни к чему, - буркаю я, беря за руку притихшую Карину.