Калифорнийские ночи

Я смотрела, то на Божену, то на её изображение на экране телевизора. Стив крутился вокруг бильярдного стола, стараясь, как можно эффектней заснять танцующую девушку. Божена сбросила платье на пол. На ней были только белый ажурный лифчик и тоненькие, почти веревочки, белые трусики. Изящно расстегнув застёжку лифчика, Божена скинула и его, обнажив свои очаровательные груди. За тем она также изящно и не принужденно стащила с себя трусики. Я второй раз за этот вечер видела танец стриптиза в её исполнении и вновь восхищалась безукоризненными формами тела девушки.

Божена, не обращая внимания на нас и на видеокамеру, продолжала полностью обнажённая извиваться в танце, словно она танцует в своём ночном ресторане.

Стив навел видеокамеру на кресло, где были Эстер и Мелвин. Настал их ""звёздный час"". Мне через спину Стива было плохо видно, что там происходит. Тогда я всё внимание устремила на экран телевизора. Там мне было прекрасно видно, как Мелвин стал через одежду ласкать своими взволнованными руками тело Эстер.

Он расстегнул пуговицы её белой блузки и оголил налитые с брусничными бусинками сосков, редко, как и я, носившей лифчик, превосходные груди моей подруги. Затем Мелвин, опустившись на колени перед креслом, стал обнимать ноги Эстер, задирая вверх её чёрную юбку. Он обнажил её длинные стройные ноги, обтянутые чёрными нейлоновыми чулками. На экране телевизора были видны её чёрные трусики и чёрные бретельки пояса. Стив нагнулся к ним ближе и я увидела по телевизору, как пальцы Мелвина стаскивают с девушки её трусики. Крупный план обнажённого влагалища Эстер по телевизору был весьма эффектен. Мелвин стал целовать её оголённую от чулок кожу ляжек и бёдер, затем, пошире расставив её ноги и раскрыв её влагалище, впился языком во влажную щель Эстер. Она вся заерзала от наслаждения, вытянув вперёд свои красивые ножки."

"Стив, сняв эту сцену, перевёл камеру на меня. Настала моя очередь. И это меня возбуждало и радовало.

Боб и Дэвид, наблюдавшие до этого за происходящим на экране телевизора, занялись мною. Я, играя свою роль, краем глаза поглядывала на телевизор. Я, как бы со стороны, видела как юноши быстро стащили с меня белый джемпер, обнажив мою грудь. Мои круглые тяжелые груди по телевизору смотрелись очень не плохо. Затем ребята сняли с меня мою красную юбку и белые трусики. На мне оставались только белые тонкие чулки и белый ажурный пояс с подвязками для чулок.