Калейдоскоп

— Поезжай, Акси, а то Мегане будет страшно одной. Помоги им, пожалуйста. Хорошо? Ты позаботишься о Мегане?

Александра согласно кивнула. Она чувствовала: происходит нечто ужасное. Когда Хилари стала укладывать вещи, ее предчувствие перешло в уверенность.

Эйлин отошла в сторону, чтобы не мешать. Ее так обрадовали привезенные Артуром зеленые бумажки, что ей хотелось только одного: уединиться в ванной и пересчитать свои сокровища.

Хилари одна помогала Александре с Меганой собраться и проводила их до машины. Девочек усадили вместе с няней на заднее сиденье.

Александра изо всех сил сдерживалась, но все-таки всхлипывала. Артур сел за руль и в последний раз обернулся и посмотрел на Хилари.

— Я скоро навещу тебя.

Хилари не ответила. Предатель! Плач сестер рвал ей сердце. Она помахала им рукой, а когда автомобиль снялся с места, бросилась вдогонку, крича:

— Я люблю тебя, Акси! Я люблю тебя, Мегана! Люблю вас обеих!

Автомобиль скрылся из вида, и Хилари рухнула на колени — в дорожную пыль.

Она ничего не замечала и не чувствовала до тех пор, пока не осознала, что кто-то трясет ее за плечо. Потом ее наотмашь ударили по лицу. Хилари подняла голову и увидела Эйлин с потрепанной сумочкой под мышкой.

— Ты что это делаешь, черт возьми? — Только теперь Эйлин сообразила, что, должно быть, девчонок уже увезли. — Слезами горю не поможешь. Иди в дом, дуреха, и принимайся за уборку. Люди подумают, что мы плохо с тобой обращаемся.

Девочка продолжала всхлипывать. Эйлин залепила ей затрещину, но и это не возымело действия. Хилари, спотыкаясь, ушла в свою комнату и бросилась на кровать, еще хранившую знакомые запахи. Она различила запах детской присыпки, которой пользовалась, меняя штанишки Мегане, и аромат шампуня, которым мыла рыжие кудряшки Акси.

Как вынести эту муку?

Хилари долго лежала и плакала — измученная, исстрадавшаяся, раздавленная превратностями судьбы.

Из соседней комнаты донеслось пьяное сопение Эйлин.

Глава 8"

"В тот год Артур неоднократно звонил Хилари. Она отказывалась подходить к телефону. Постепенно нестерпимое чувство вины привело к тому, что он все реже и реже повторял свои попытки. Он знал, что Александра и Мегана в полном порядке.