Как ветеринар работу в космосе искала

А на меня вдруг навалилась усталость, грусть, тоска и какая-то глухая обречённость. «Хорошо, что не дала ему вылечить кожу на шее, а то после такого, боюсь, больно было бы вдвойне…».

Когда-то давно мне очень больно сделал Маркус. После него на моём сердце потоптался Ден. Сейчас, казалось бы, никто не сказал мне ничего обидного. Не обозвал грубыми словами, не обругал, наоборот, спас жизнь, гарантировал безопасность и пообещал доставить на родную планету как можно быстрее. Вот только отчего мне кажется, что я ещё ни разу в жизни не испытывала такого противного сосущего чувства, которое связывает все внутренности в тугой узел, превращая их в единый оголённый нерв?

Посмотрела на коммуникатор и вздохнула.

Наверно, надо позвонить Эдмонду и сообщить, что со мной всё в порядке, но моральных сил на это сейчас абсолютно нет никаких. Да и если подходить к вопросу формально, то я проработала в его команде идеально три года, это должен был быть мой последний рейс. Родители? С ними уже давно не созванивалась, но они в принципе особенно не интересуются ни моим местом обитания, ни текущей работой, так что это тоже какое-то время подождёт.

Глава 13. Тикс

Идеальные мужские торсы блестели в лучах оранжевой звёзды, словно статуи, отлитые из бронзы. Тугие жгуты мышц перекатывались под кожей с застывшими капельками воды. Непривычные короткие кожаные юбки не скрывали крепких бёдер и верха округлых ягодиц. Ларки слаженно доставали оснащение и контейнеры, ставили его вдоль бурлящей реки.

Я искала взглядом удочки или сети, но из всего, чем можно было бы поймать рыбу, мужчины взяли с собой лишь короткие кинжалы.

Поёрзала на жёсткой колючей траве, устраиваясь удобнее, и опёрлась спиной на металлическую поверхность шлюпки. Ларки готовились ловить акитту. Практически обнажённые, они мало чем отличались друг от друга. Одинаково быстрые, сильные и предельно собранные, мужчины тихо переговаривались, перемещаясь вдоль берега. Вот так, прикрыв ресницы и специально заставив себя немного размыть картинку, я видела лишь скользящие загорелые тела, слегка отличавшиеся оттенками волос и татуировками.

От общего фона отличался, пожалуй, лишь Ашенторн. У него не было ни единой татуировки на теле, а короткие, по плечи, собранные в низкий хвост серебряные волосы, выделяли из толпы.

Ашенторн сухо и чётко раздавал приказы, экипаж слушался беспрекословно. С того момента, как мы ступили на Тикс, на меня резко перестали обращать внимание.