Как стать многодетной за один день

Первым делом надо будет проверить тайник. Он его сделал лет пятнадцать назад, в очередной период меланхолии.

В центре города на стыке между двух домов образовалась щель, куда он пропихнул узкую коробку с деньгами и разной мелочёвкой. Щель он прикрыл магией, так что кто-нибудь сведущий вполне мог почуять и разворошить. Да и дома могли вовсе снести, а на их месте поставить какой-нибудь небоскреб.

Но проверить все же стоило.

— Двести двадцать рублей, — назвала цену кондуктор.

Он почесал затылок, но вслух ничего не сказал, лишь подал сложенную купюру.

В Старославле Максим доехал до автовокзала. Вышел на улицу вместе с разношерстной толпой. Люди, суетясь, рассыпались в разные стороны. Кто пересаживался на городской маршрут, кто спешил к пешеходному переходу, кто-то устремился в здание вокзала.

Железнодорожный вокзал находился тут же рядом. Когда Максим был маленьким, красивое красное здание с белеными арочными окнами и башенками уже стояло.

Разве что мусора да уличных воришек было больше, а пассажиры вагонов из окон выбрасывали яичную и ореховую скорлупу.

На таком составе в этот город приехали и они с сестрой. Дали кондуктору небольшую взятку, и тот провез двух «зайцев». Он и Лизка хотели добраться до столицы, да в вагон зашли проверяющие — пришлось срочно выбегать.

Максим и Лиза сидели в тесном вагоне, в каморке рядом с проводником, они сжимали руки друг друга, ставшие потными от напряжения.

Дверь резко распахнулась, и трое мужчин в форме встали напротив. Максим и Лиза обменялись быстрыми взглядами, сердца ушли в пятки.

— Билеты, пожалуйста, — произнес один из них, строго уставившись на детей.

Максим ощутил, как горло пересохло. Они с Лизой обменялись ещё одним взглядом и внезапно, словно сговорившись, поднялись с мест и двинулись к двери.

Он начал усердно хлопать себя по карманам, нашел какую-то бумажку, которая могла сойти за билет. Проверяющий взял ее в руки, нахмурился:

— Это не билет. Где документы? Вы тут одни?

— Нет, с папой, — спокойно ответила Лиза. — Сейчас позовем его.

На самом деле отец остался в деревне. И больше всего на свете они боялись, что их вернут обратно.