Измена. Вторая семья мужа

Она всегда такая. Непоседа, рот не закрывается.

— Можно, я приеду? Надо переночевать. Я на морозе тут… в общем, при встрече объясню…

— Быстро ко мне! Немедленно! — орет в трубку.

Становится немного легче. Валя живет с сыном. С мужем давно разошлась.

Мне бы у нее пару дней пожить, в себя прийти. А дальше уже что-то придумаю.

А может, она тоже знала? Гадкая мысль вонзается острой занозой в сердце.

Вздох, пропитанный отчаянием. Но выхода нет. У меня на руках малышка.

Вызываю такси, благо еще немного наличных денег осталось.

Пока жду машину, поднимаю голову на окна квартиры, в которой выросла. А там три головы, трое предателей смотрят на меня. Видят, что я с ребенком на морозе и… наблюдают представление. Родные люди…

Все же я до сих пор этого не могу осознать. Не укладывается такое в голове. Слишком я их любила.

Сажусь в такси… в голове звучит последнее слово матери: «Бессовестная». Ей ли говорить о совести? Она увела моего отца из семьи. При этом даже не любила. А папа потерял голову, бросил жену и двоих детей.

Валя встречает нас у подъезда. Открывает двери машины, расплачивается с водителем.

— Лера! Я не узнаю тебя? Что случилось? Тапочки? Зимой? Где твоя куртка? Тебя, что ограбили? Рома знает? — последний вопрос, как пощечина.

Я пока не научилась спокойно реагировать на его имя.

Ничего не отвечаю. Слезы снова душат.

— Ты вообще в роддоме должна быть. Ой, сейчас поднимемся, как… расцелую Аришку.

Валя тараторит без умолку. Не разбираю ее слов. В голове пульсирует боль, перед глазами кадры сегодняшнего дня. И сама я двигаюсь скорее по инерции, пустая оболочка, вместо крови по венам течет обжигающая отрава.

Валя бегает по квартире, суетится. А сижу в углу кухни и смотрю в одну точку. Благо доченьку мы уложили… Теперь могу закутаться в свой кокон боли.

— Ты что с Ромкой поругалась? — снова вздрагиваю, его имя как хлыст по сердцу.

— Валь, ты знала, что он и Алена… — и судорожно за ее реакцией наблюдаю.

— Он и Алена что? — шумно глотает слюну, вертит в руках чашку чая.

— Любовники… — слово дается нелегко.

— Они чего? С ума сошла? Лер, мож ты это… нездорова? — даже лоб мой трогает.

— Лучше бы была нездорова, чем это…

— Ты остынь. Подумай.