Измена. Вторая семья мужа

 — Буду разбираться, но для начала тебе надо переехать. Сегодня же. Я бы вообще рекомендовал не появляться тебе там. А мы бы с Колей все уладили, всех забрали, но на такое ты точно не согласишься.

— Нет! Там моя малышка! И эти люди… Николай говорил, что они подозрительные… В любом случае я не стану отсиживаться в кустах, пока мои родные в опасности.

— С дружками твоей свекрови мы справимся, — стоматолог поднимается со стула. — Сейчас позвоню своему боевому товарищу, у него своя охранная фирма.

— Боевому товарищу?

— Несколько лет жизни я отдал армии, остались знакомые, связи, — Николай ободряюще мне подмигивает.

— У меня есть деньги. Я смогу снять жилье, если только получится его быстро найти. И вас отблагодарить…

— Даже не думай о деньгах. То, что ты сделала, я по гроб жизни у тебя в долгу. Уже не говоря о том, что очень хочу помочь, — проникновенный голос Артема успокаивает, и я начинаю верить, что далеко не все так плохо, а мир не настолько черный, каким мне виделся эти дни.

— Поживете у меня в особняке.

— Неудобно…

— Валерия, прекращай. Пора действовать, — решительный голос Артема вызывает улыбку благодарности.

Мужчины оставляют меня одну в кабинете. Секретарь приносит мне чай, бутерброды. Я пишу Светлане, свекрови нет, а охранники допытывали ее, куда я могла уйти.

Нервы снова дают о себе знать, чувствую, что стою на пороге кардинальных перемен.

Примерно через полтора часа, мы сидим в машине с Артемом. За нами едет еще одна машина. Адвокат взял еще и своих людей, а охранники от знакомого Николая приедут уже на место.

— Все же странно, столько людей, столько проблем, чтобы просто я могла уехать из дома свекрови. В чем ее интерес? — развиваю тему, ранее затронутую мужчиной.

— Она хочет сохранить твой брак.

Волевой профиль, машинально отмечаю про себя. Под тонким свитером, куртку он снял, когда садился за руль, перекатываются мышцы.

— Не знаю, как и благодарить…

— Еще пока не за что, — быстрый взгляд в мою сторону, снова пробирает от синевы его глаз.

— Николай говорил, что на тебя было покушение и не одно? — не знаю, почему это спрашиваю.