Измена. Ты не узнаешь о ребенке

 – Я хотел бы вам показать несколько кадров видеосъемки.

– Хорошо. Уже иду, – согласилась я, вставая со скамейки.

– Вас в холле встретит лейтенант и проводит ко мне, – сказал Яковлев. – До встречи, Лена.

– До встречи, Егор, – ответила я, не замечая, как губы расплываются в улыбке.

* * *

– Проходите, Елена, – улыбнулся мне майор, когда я зашла в аппаратную.

– Еще раз здравствуйте, Егор, – ответила я улыбкой.

– Здравствуйте.

Наши взгляды встретились, и мне показалось, что время застыло. Люди, оставшиеся за дверью комнаты, словно пропали.

– Лена, – хрипло простонал Егор, обнял меня и прижал к себе.

Казалось, поцелуй был неизбежен. Наши губы были в миллиметре друг от друга. Мы уже чувствовали дыхание друг друга…

Но нашу идиллию разорвал сигнал рингтона телефона.

– Прости, я не должен был, – пробормотал мужчина, отступая от меня на пару шагов.

– Все в порядке, – поспешила заверить я.

Наши отношения сейчас были настолько хрупки, что малейшее неправильное слово или суждение способно было разрушить все. Но я не могла позволить этому случиться. Я наконец встретила своего мужчину. И не хочу, чтобы между нами что-то или кто-то стоял.

Егор понял меня с полуслова.

– Мы обязательно продолжим, Лена. Я не отступлюсь, – пообещал мне мужчина.

– И я не отступлюсь, – сказала я в ответ, чувствуя, как губы опять расплываются в улыбке.

Мне было все равно, что я мало знаю Егора, а он меня. Я была уверена, что у нас будет время узнать друг друга. Жизнь длинная.

И вновь ожил телефон Егора. Сейчас он принял звонок.

– Слушаю… Присматривайте за ними. Скоро мы с Еленой Семеновной подойдем к вам, – сухо произнес майор, отключил смартфон и посмотрел на меня.

– Что-то случилось? – забеспокоилась я.

– Да. Посмотри, это же твоя дочь? – спросил Егор, указывая на один из кадров видеосъемки.

Моя тревога набирала обороты. Что в пустынном парке делают две малышки?

– Маша… Почему она одна? Где няня? – озабоченно произнесла я, переводя взгляд на майора.

– Я нашел несколько моментов, когда девочки были одни. Причем они прячутся от кого-то или за кем-то следят. Возможно, это такая игра.

– Сейчас они опять одни? – тревожно спросила я.

– Уже не совсем так. Мой сотрудник присматривает за ними.

– Спасибо, Егор, – выдохнула я.