Измена: ты больше не мой (СИ)

Мы заранее договорились, так что когда все закончилось, я вышла из школы, запрыгнула в высоченный внедорожник, продиктовала адрес и мы поехали.

Было очень горько возвращаться в квартиру, которую я обустраивала столько лет для своей семьи. Полную хороших воспоминаний, отравленных изменой. Поэтому я постаралась не задерживаться. Вещи я смогла забрать все, даже те, что хранила на антресоли в шкафу. Андрюхины трогать не стала, уж на детскую одежду моей зарплаты точно хватит, особенно если мне ее и правда добавят.

Оставалась только драцена. Она так и стояла в коридоре, мертвая, с поникшими листьями.

Мы ее выбросили, вместе с кадкой.

***

Выходные пролетели в хлопотах по обустройству на новом месте, разведывании маршрута до работы и прочих нужных, но до ужаса скучных делах.

Муж мне не звонил и я малодушно тоже решила отложить наши разборки на более позднее время.

В понедельник все было как обычно. Было бы.

Но день был солнечный и я забылась, как обычно расстегнула, не глядя, рукава блузки, закатала их, не боясь помять — на презентации я планировала быть в строгом пиджаке поверх нее.

— Что это?! — мой босс вышел из кабинета в приемную с очередной папкой в руках, сощурился, бросил папку на стол и больно дернул рукав блузки еще выше вверх, к плечу. Я вырвала руку, отшатнулась, не понимая почему он вдруг так разозлился, а потом увидела.

На моей руке, начинаясь сразу выше локтя, процветали в желтизну сине-фиолетовые следы от пальцев.

Глава одиннадцатая

Станислав.

Я вышел из кабинета с очередными документами в руках.

Сегодня Алина сняла пиджак и осталась в белой блузке через которую соблазнительно просвечивал кружевной бюсгальтер. И почему я раньше не замечал, как она хороша? Но тут она повернулась и я увидел синяки у нее на руке. И будто обезумел. Бросился к ней, задрал рукав ее блузки еще выше. Четкий такой рисунок, который появляется, если кого-то слишком сильно схватить за руку.

— Кто?! — кажется, лицо мне перекосило, потому что Алина отшатнулась в недоумении, затем она поняла, о чем я.

Потому что выдернула руку и быстро оправила рукав, застегнула манжет на пуговицы. Надо же, какие у нее ноготки, как миндальные орешки…

— Ничего страшного, — она попыталась улыбнуться, одновременно отходя от меня так, чтобы между нами был стол. Гм, зря я так резко, теперь она напугана.

— Алина, — стараюсь говорить спокойно, — вообще такие следы можно снимать в полиции как побои. Это сделал твой муж?

— Он не хотел.