Измена. Цена ошибки (СИ)

Решила сначала к тебе забежать, - признаюсь ему.

- Спасибо. Давай я отнесу, - говорит он и забирает из моих рук диск. – Поужинаем вместе в ресторане?

- Хорошо, - киваю отцу.

Папа возвращается через несколько минут, закрывает кабинет. Мы вместе идем на стоянку. Отец просит Илью отогнать мою машину домой. В ресторан едем на папиной машине. По дороге отец делает звонки, улаживает какие-то дела. Когда водитель тормозит около ресторана, я вздыхаю.

- Почему ты выбрал именно это место? – смотрю на папу и не моргаю.

- Тут очень вкусная еда, обслуживание на высшем уровне.

Я здесь часто обедаю. Тебе не нравится это место? – удивляется отец.

- Это ресторан моего бывшего мужа, - вздыхаю я.

- Какая разница кому принадлежит это заведение? Пойдем, я умираю от голода.

Папа помогает мне выбраться из салона. Беру отца под руку. Заходим в ресторан. К нам подходит администратор и провожает нас к свободному столику. Папа помогает мне снять черный приталенный пиджак. Я разглаживаю складки на белом платье. Отец отодвигает для меня стул.

Я сажусь. Беру в руки меню. Чувствую на себе чей-то пронзительный взгляд. Медленно обвожу зал взглядом и сталкиваюсь с зелеными глазами. Чуть не застонала от досады. Что за невезение?

Недалеко от нашего столика в компании мужчин сидит мой бывший муж. Мы смотрим друг на друга. Артём мне подмигивает, а я опускаю взгляд в меню. Чувствую, что мои щеки горят, а сердце сбивается с ритма. Я всегда очень остро реагирую на этого мужчину. Впервые позволяю себе окунуться в то прошлое, где Артём с жадностью ласкает мою грудь, покусывает кожу на шее.

Меня обдает жаром. Внутренности стягивает узлом. Вспоминаю наши поцелуи, его бесстыдные крепкие руки, которые сжимали меня в своих объятиях. Слышу в мыслях наши стоны. Закусываю губу. Кровь быстрее несется по венам. Раньше мне об этом даже думать было стыдно. А сейчас понимаю, что мои мысли никто прочесть не может. Чувствую, как во мне потихоньку просыпается та дикая и опасная сторона, которую я много лет заталкивала под замок. Та сторона, которая во время острого наслаждения просыпалась, но которую я безумно боялась. Она меня и сейчас пугает. Но мне больше не хочется жить по выдуманным правилам.

Тамара и моя мама часто называли всех наших молодых соседок шлюхами. А ведь Тамара, оказывается, предлагала себя моему отцу в день его свадьбы. Разве святые женщины так поступают? Везде ложь, фальшь. Мне неприятно. Все, во что я слепо верила, рухнуло, как карточный домик.

Хочу быть собой.