Измена. Просчиталась, но...где?

— Ну, раз самый простой вариант — держать хрен в штанах, ты, к сожалению, проигнорировал, — я развела руками, — то мог рассказать, например, когда она только объявилась с пузом.

— И ты бы тогда простила?

— Нет. Но так ты хотя бы не усугубил, спуская семейный бюджет на свою потаскуху. Как, кстати, собирался покупочку квартиры-то проводить? Откатами бы какими-нибудь прикрыл? Или по другим договорам размазал?

Он неопределенно дернул плечами.

— Были варианты…

— Блеск, — я похлопала в ладоши, — идеальный партнер.

Опора во всех сферах жизни. Что в бизнесе, что в делах семейных. Кстати, про бизнес. Оленька твоя уверена, что ты единоличный владелец заводов-пароходов, и рассчитывает на руководящую должность. Ждет, когда ты выделишь ей кабинет, дашь помощника, и вообще чуть ли не самой главной там сделаешь.

— Я прибью ее.

— Себя прибей. В общем так, Прохоров, — я устало потерла глаза, — мы завтра едем к нотариусу. И ты все переписываешь на меня. И говоря «все», я имею в виду — все.

Жилье, фирму, машины. Все! Не хочешь на меня — пиши на детей. Я не для того пахала, чтобы теперь на своем горбу и за счет своей семьи тащить какую-то предприимчивую девку в сладкую жизнь. И я не собираюсь, если вдруг с тобой что-то случится, воевать с твоим внебрачным сыном.

Он только кивнул.

— Я все перепишу. Мне ничего не надо. Только чтобы ты рядом была.

Я и была все время рядом! Всегда! Один раз только на детей отвлеклась, и все, приехали.

Что же ты натворил, а? Что ты наделал?

— Что теперь будет, Тань? — он будто продублировал мои мысли.

У меня ком поперек горла:

— Ничего хорошего, Прохоров.

— Если ты про развод, то я его не дам. Даже не пытайся. У нас трое детей, четвертый будет.

— Пятый.

— Чего?

— Мой ребенок будет для тебя пятым. Четвертым — тот, что от Ольги.

Глеб угрюмо нахмурился:

— Я его не хотел, не просил. Он мне не нужен.

Еще одна Ольгина ошибка.

Это только в сказках мужчина, конечно же миллиардер, ну или на худой конец миллионер какой-нибудь замшелый, узнав о том, что от него залетела случайная, ничего не значащая в его жизни девица, тут же готов обделаться от восторга при одной мысли о незапланированном ребенке.

Готов пройти сквозь огонь, воду и медные трубы ради внезапного детеныша."

"В жизни ничего подобного нет. Такой вот несанкционированный залет — всегда нежеланная обуза. Проблема, которая не вызывает ничего, кроме раздражения, и от которой по возможности надо избавиться.