Измена. Просчиталась, но...где?

Да и с чего бы это? Хоть одну причину назовите мне?

Почему я должна кому-то что-то отдавать, просто по причине того, что у этого кого-то разыгрался аппетит, и он решил, что ему обязаны?

Ладно, вдох-выдох, успокаиваемся…

Мне нужна холодная голова и способность трезво мыслить, а не беременные истерики и бесполезные метания. Мне еще предстояла встреча с Семеном — очередные полчаса позора и болезненных признаний.

Пока ехала к месту встречи, мне позвонил муж:

— Танюш, привет.

Меня передернуло:

— Привет.

— Все в порядке?

— Да.

— Понял. Я быстро. Вечером встреча с Маничевым. Надо обсудить предстоящий тендер и сопроводительную документацию. А еще…

— В общем ты задержишься? — перебила я.

— Да.

— Хорошо. Что-то еще?

В трубке повисла недоуменная тишина, потом Глеб настороженно уточнил:

— Точно все в порядке? Ты какая-то странная.

Я не странная, сукин ты сын, я разломанная, убитая, преданная. Тобой!

— Говорю же, за рулем. Поток большой и какие-то хитросделанные прыгают из ряда в ряд, — для наглядности ударила пару раз по клаксону, распугав собак, роющихся в мусорном ящике возле обочины.

— Ладно, не буду тебя отвлекать. Аккуратнее там.

— Естественно.

— До вечера?

— Ага, — сказала я и откинула трубку на соседнее сиденье, — до вечера, милый. Жду не дождусь.

А потом кольнуло, остро и ядовито, разъедая дыру в и без того попранном доверии. А на работе ли он будет? С Маничевым ли? Или, может, это просто прикрытие для романтической встречи с Оленькой?"

"Какое гадкое ощущение.

Я не хочу жить в сомнениях. Я не смогу.

Семен меня уже поджидал в парке — сидел на лавке и кормил уток. Это выглядело забавно — здоровенный мужичара с булкой в руках и в окружении крякающих уточек. Милота.

— Я знаю, что подарю тебе на день рождение, — я чмокнула его в щеку и уселась рядом. — Пяток утят. Они будут считать тебя мамкой и везде ходить за тобой.

— Очень смешно, — он отломил половину булки и сунул ее мне в руки. Делать нечего, пришлось тоже кормить, — как дела? Как дети? Глеб?

— Дети в лагере, дела хреново, Глеб — сволочь.

— Ну, давай, рассказывай.

— У него скоро сын родится. Не от меня.

Брат только вскинул одну бровь, но промолчал, ожидая продолжения.

— Его девка ко мне приходила с претензиями. Мол, у них любовь-морковь, а я карга старая насильно удерживаю бедного мужичка рядом.