Измена. Просчиталась, но...где?

Просто хотела воспользоваться шансом и подняться по карьерной лестнице…

— Раздвинув ноги перед начальством? — ласково подсказала я.

Откуда же их всех берут-то? Уверенных, что путь в сладкую жизнь или на хорошее рабочее место лежит не через старание и саморазвитие, а исключительно через постель? Откуда?! Мне кто-нибудь может это объяснить?

— Просто… меня неправильно информировали, — промямлила она.

— Тань, ну что ты заводишься. Видишь, девочку просто неправильно информировали, — хмыкнул муж, и от его обманчиво мягкого тона эта карьеристка на минималках, заметно вздрогнула.

— Ольга сказала, что у вас с женой чисто партнерские отношения. Она вам нужна только для бизнеса, — в этот момент ее взгляд зацепился за мой уже обозначившийся живот, и она покраснела еще сильнее. Потом, заметив, как я вздернула одну бровь, побелела, — простите. Я не знала.

Да если бы и знала, все равно полезла. Может, эта особа и не была настолько отбитой, как Оленька, которая свято верит, что я, да и не только я, но и вообще все жены должны отправляться на свалку по первому требованию вот таких более молодых, красивых и удачливых, но тоже не далеко ушла.

— Незнание законов не освобождает от ответственности.

— Да я тут при чем? Это все она! Наобещала с три короба, наврала, а я теперь виновата!

Наверное, так проще жить, когда уверен, что у тебя лапки, а во всех косяках и неправильных решениях виноват кто-то другой.

— Глеб, — я выразительно глянула на мужа, — тебе не кажется, что развелось слишком много тунеядцев? Пора с этим заканчивать.

— Согласен.

Он поднял трубку и, глянув на несостоявшуюся соблазнительницу, спросил:

— У кого ты работаешь?

Она аж вспотела от страха:

— Не скажу!

— Хорошо, узнаю сам, — он нажал пару кнопок, — охрана? Пришлите человека, у меня тут посторонний.

Пока она хватала воздух ртом и задыхалась от возмущения, я демонстративно подошла к двери и, прислонившись к ней спиной, сложила руки на груди.

— Что вы ко мне привязались? Я ни в чем не виновата!

— Да-да, — согласилась я, рассматривая свой маникюр, — чиста, как овечка.

— Я…я… я скажу, что вы, — она обличающе ткнула пальцем в Глеба, — сами меня позвали. Обманом заманили, домогались, шантажировали! Ясно вам?! Всем скажу. Напишу заявление. И на вашу жену напишу! О том, что она унижала меня, оскорбляла и запугивала. Вы мне еще за моральный ущерб будете должны.

Надо же, как здорово они умеют генерировать варианты заработка.