Измена. Тайный наследник (СИ)

— Ерунда, — отмахивается Каэн, — она же сказала вам уже, что чувствует себя хорошо, неужели вам мало ее слова? — Давайте лучше я покажу вам наш замок.

Голос Каэна звучит добродушно и приветливо. Если бы я не знала его так хорошо, я бы и вправду поверила, что он хочет доставить удовольствие гостю, показав ему замечательный вид, который открывается с башен. Но я знаю, что под внешней вежливостью, Каэн сейчас вне себя от злости. И если бы мог, он бы вышвырнул Тайдела прочь.

Я кладу руку ему на плечо и прошу его:

— Может быть стоит воспользоваться предложением архимагистра? Ведь не каждый день представляется такая возможность.

На этот раз Каэн уже не скрывая раздражения смотрит мне в глаза. На мгновение мне становится очень страшно от его взгляда. Он словно бы спрашивает, как я смею вести себя подобным образом, когда он ясно дал понять Тайделу, что не хочет принимать его предложение. Похоже, он боится, что Тайдел может распознать его затею с нитями в платье, поэтому не хочет подпускать его ко мне.

— Как вы верно заметили, князь, — тихо говорит Тайдел, — ваша жена носит под сердцем будущего императора, поэтому сейчас ее здоровье — это абсолютный приоритет. Это не моя прихоть — это распоряжение светлейшего. Так что мое появление здесь, это, можно сказать, дело государственное.

Я могу поклясться, что слышу, как Каэн скрипит зубами от злости. Он прикрывает глаза, явно пытаясь смирить разгорающийся в нем гнев.

— Хорошо, — наконец, говорит Каэн, — но осмотр будет происходить при мне.

— Исключено, — говорит Тайдел, — внутри вас очень много активной силы, которая помешает мне. Необходимо оставить нас с Анной наедине.

— Вы думаете, что я просто так позволю…

— Я не хотел прибегать к этому, — перебивает Каэна Тайдел, — но у меня есть бумага от императора, если вам угодно, вы можете ознакомиться.

Глава 20

— У вас есть десять минут, — чуть ли ни шипит Каэн на Тайдела, прежде чем покинуть комнату, в которую лично меня отвел.

Тайдел смотрит на Каэна смело и не отводит взгляда. В выражении лица молодого архимагистра нет ни намека на враждебность, или злость. Если он и испытывает какие-то эмоции в этот момент, он не подает виду, мастерски маскируя свои чувства перед моим истинным.

— Хорошо, князь, — наконец, говорит он, как скажете.