Измена. (Не)нужная пара (СИ)

Я рыдала, проклиная твою сущность. Я не знала, что у тебя проявился такой же сильный дар эмпатии, как у отца, и ты буквально воспримешь мои слова и установишь блок между собой и своей сущностью.

Слушая мамино откровение, я ощущала, как от страха холодеет внутри. Дальше больше — волной накатило отчаяние и безнадёга. Мне вдруг резко стало не хватать воздуха, когда в горле разросся колючий сухой ком — предвестники паник. Тело мелко задрожало, холодный пот мелким бисером выступил на висках и спине.

Мир вдруг перевернулся, как в момент падения со скалы.

Возле меня возник громадный чёрный Волк отца, тревожно обнюхивая и успокаивающе порыкивая. Его родной запах окатил маленького волчонка, успокаивая. Волк вытряхнул тельце из человеческих вещей.

Выход из дома преградил Волчонок. Он был весь встрёпанный. На холке вздыбливалась шерсть. Тревожно ворча, он ткнулся носом в пузико висящей в пасти отца Кристины. Обнюхал её тщательно. Убедившись, что его Пара не пострадала, вопросительно взглянул на старшего Волка. Тот аккуратно поставил Волчицу на пол. Пошатнувшись, она потрусила вперёд и спряталась между лап Волчонка.

«Она ищет у тебя защиты!» — ревниво признал Тимур Демидов. Ему было горько осознавать, что его ребёнок, пусть даже в одной из своих альтер-форм, не считает его способным защитить её.

«Я рад этому!» — отозвался Астахов и, отойдя в сторону, носом подтолкнул Волчицу в дом. Та уже успокоилась. Со свойственным детям способностью быстро переключаться на что-то другое, заинтересовалась стоящими у входа кожаными сапогами Александра Емельяновича.

Пока будущие родственники мерялись взглядами, они выпустили из внимания Волчицу. За что и получили от старшего Астахова.

Тот спустился вниз на шум, не меняя человеческой ипостаси. Александр Емельянович остановился возле разгрызенного сапога, подхватил малышку на руки и унёс на второй этаж, оставаясь незамеченным.

— Пора возвращаться, Кристина, — позвал он девушку.