Герцог и я

Да, именно поняла и простила…

Она обижена. Кроме всего прочего – на то, что он не пожелал с ней разговаривать, когда она пришла к нему в кабинет. И потому не спускалась ни к завтраку, ни к обеду.

Но ведь она его жена, черт возьми! И он вправе видеть ее за столом… и в постели. Да, в постели!.. Везде, где он захочет!..

Он решительно прошагал по лестнице, по коридору, так же решительно отворил дверь их спальни и встал на пороге.

Дафны там не было. Но где же она? Уже скоро полночь. Она должна лежать в постели.

А, наверное, у себя в туалетной.

– Дафна! – позвал он, подойдя к двери.

Ответа не последовало. Да и света там нет – не проникает в щель под дверью. Он толкнул дверь. Туалетная пуста.

Саймон яростно дернул шнурок звонка. Еще и еще раз! Не дожидаясь, пока появится кто-нибудь из слуг, он вышел в коридор.

На его зов спешила горничная верхнего этажа, хрупкая блондинка, чьего имени он не удосужился узнать. Она сразу поняла, что хозяин чем-то разгневан.

– Где моя жена? – выкрикнул он.

– Ваша жена?

– Да, – повторил он, – я говорю о ней. – Девушка смотрела на него с таким недоумением, что он посчитал разумным пояснить: – Полагаю, вы догадываетесь, о ком я говорю. Она примерно вашего роста, волосы темные, густые…

У несчастной служанки было такое испуганное лицо, что ему сделалось стыдно за свой сарказм. Он подумал, что она сейчас спасется бегством и тогда он вообще ничего не узнает. Не будить же всю прислугу и выставлять себя на посмешище!

– Где же она? – спросил он намного мягче и спокойнее.

– Разве она не в постели? – пролепетала служанка.

– Насколько могу понять – там ее нет. – Он кивнул в сторону своей спальни.

– Но она же спит не там, ваша светлость.

– А где же, хотел бы я знать?

– Разве она…

Глаза служанки еще больше расширились от ужаса, она тоскливо озиралась, по всей вероятности, в поисках пути к спасению.

– Говорите же! – прикрикнул Саймон.

– Разве она не в бывшей комнате вашей матери, милорд?

– Что? – крикнул он так, словно бедняжка сама заставила его жену перебраться туда.

– По-моему, с сегодняшнего дня, ваша светлость… Мы все так и подумали, что вы займете отдельные покои… в конце медового месяца.

– Вы… вы подумали? – проворчал он.

– Мне сказали, что так поступали ваши родители, и вы, наверное, тоже, ваша светлость.

– Вы… Мы… Родители!.. – закричал он.

Девушка отскочила от него.

– Не знаю, как родители, – пробурчал он.