Измена. Любовный треугольник (СИ)

Он должен был мне кое-что рассказать.

— Что именно?

— Мне кажется, что это касается только меня.

— Извини.

Постепенно я начинаю приходить в себя. И задумываюсь над тем, что здесь вообще делает Петр? Он никак не мог оказаться случайно. Может, он имеет какое-то ко всему происходящему отношение? Ведь не просто так он интересуется, зачем сюда приехал Павел.

Так.

Надо быть осторожнее.

Приезжает полиция, опрашивает всех свидетелй, я подписываю какой-то протокол. И мы, наконец, можем покинуть это место.

— Не переживай, я пригоню твой автомобиль.

— Хорошо, — произношу я, лишь бы что-то сказать.

— Куда тебя отвезти? Домой?

— Нет, я там больше не живу.

— Да, Берт говорил.

— А он тебе все рассказал? — интересуюсь я, вспоминая пощечину.

— Абсолютно.

Вот сволочь. Даже не постеснялся о таком говорить. Ненавижу. Подонок, мой милый муженек.

— Не переживай, я на твоей стороне.

— С чего бы это?

— Я конечно друг и партнер ему. Но считаю, что он не прав. И постоянно об этом ему говорю.

— А что ты делал возле кафе? — не выдерживаю я.

— Ты права, неслучайно.

— Ну давай, рассказывай.

— Я следил за Павлом.

— Что? Зачем?

— Альберт попросил выяснить о нем больше информации.

— Значит, ты должен был подслушивать наш разговор?

— Да. К сожалению. Прости.

— Все интереснее и интереснее.

— Понимаешь, не он инициатор всего происходящего в твоей жизни. Поэтому нужно было понять, что он скрывает. И сегодня Павел явно собирался тебе что-то рассказать, раз приехал на встречу.

— Но ему не дали…

— Думаешь, его сбили специально?

— Конечно. Автомобиль появился из ниоткуда на бешеной скорости, сбил и умчался. Это точно не случайность.

— Возможно, ты права.

— Узнай в какой он больнице. Я хочу его навестить.

— Уверена?

— Да. Потому что я тоже хочу знать, зачем он появился в моей жизни.

— Кстати, те фотографии — композиционный монтаж. Он просто воспользовался тем, что ты спишь. И сделал эти фото.

— Значит, и об этом ты в курсе, — вздыхаю я.

— Я вообще обо всем в курсе.

— Даже… — я осеклась. Хотела спросить про любовницу, но вовремя вспомнила, что нельзя торопить события.

— Что? — не понимает он.

— Да так, ничего.

Мы подъезжаем к дому. Я прощаюсь с ним и забегаю в подъезд.

В квартире я сразу плюхаюсь на диван. Сил никаких нет. Шок постепенно проходит, и мне становится страшно."

"А если его все-таки сбили специально? Но я гоню эти мысли.

Он хотел рассказать мне, кто все это затеял. Но не успел.