Измена. Яд твоей \

Прикинули в моем любимом блокноте схематичную перепланировку, в список написали требования, указали новую мебель. На первый взгляд остались довольны.

- Сейчас посмотрим, что за смету нам Семеныч выкатит, а там будем решать, да, мам? – ожидать от мира чего-то хорошего мой сын перестал давно, а тут еще таких дровишек папенька подкинул в костер недоверия к окружающим.

- Конечно. Мы не пропадем, милый. У меня там накопления некоторые есть, да и без работы я сидеть не планирую, – потрепала лохматую макушку, улыбнулась моему солнышку.

Кирилл какое-то время пребывал в задумчивости, а потом криво усмехнулся и спросил неожиданно:

- Мам, а ты же можешь сделать так, чтобы он больше ни одного госконтракта не получил, да?

Коварный ты зайчик.

Погладила сына по щеке:

- Я подумаю над этим, мой хороший.

Мститель мой.

Все это заманчиво, но тут же кроются подводные камни: деньги на содержание самого Кирилла, обещанные Олегом (не сильно на них рассчитываю, но все же), идут из холдинга. Иных доходов у Олега Михайловича до сих пор не было.

- Хорошо, – ребенок просиял, поцеловал меня в лоб и начал готовиться ко сну.

Ждет все же праздник, моя крошка.

Пока Кир плескался в душе, заказала воздушных шаров, которые он обожал с детства, и его любимый торт со свечами в виде числа «18» с доставкой в клинику завтра с утра. С нормальным праздником и подарком мы решим, как отсюда выйдем.

А потом пришел Кирюшин восемнадцатый день рождения.

И мы в очередной раз прилично так охре… удивились.

Глава 24: День рождения – праздник детства

«День рожденья — праздник детства

И никуда, никуда, никуда от него не деться

День рожденья — грустный праздник

Ты улыбнись, улыбнись, улыбнись, не грусти напрасно…»

П.

Скажем так, наше местонахождение секретом не было, но и не афишировалось. Более того, не все, кто был в курсе, где мы лежим, знал, кто пациент.

- Нон, опять твой «малыш» повредился? – уточнила у меня на второй день нашего пребывания в клинике Оксана, личный помощник Олега Михайловича.

Заверив, что нам все подходит, уточнять – кто пострадал, не стала. Зачем?

Поэтому на работе оказались в курсе, а так как я пока еще находилась в холдинге на «особом положении», то бухгалтерия уже к вечеру перечислила мне традиционную матпомощь для болеющих, а Адель Варисовна, главбух, даже позвонила:

- Нонночка, никаких заявлений не надо. Пусть Кирюша поправляется.